Выскакиваю в коридор и, не дожидаясь лифта, бегу к лестнице. Меня трясёт. Слышу приглушенный грохот, жмурюсь и бегу все дальше.
Теперь все кончено. Теперь все точно кончено.
Но облегчение, которое я испытываю, почему-то с привкусом горечи, почему-то я не чувствую, что рада тому, что наша история завершилась…
26. Феликс
Прихожу в себя, когда в комнате полнейший разгром, а с рук капает кровь. Раны саднит, но плевать на это. Сейчас есть проблемы покруче.
Например, одна заноза, которая умудрилась обскакать меня.
Блядь! Как? Когда это вообще успело случиться?
Как она посмела?! Сказал же — моей будет. Какого хера? Она же уже готова была, дожал ведь.
И такой пиздец нарисовался.
Ледяной душ практически не помогает. Но я упорно стою под упругими струями и ищу контроль, который нахер свалил в закат.
Внутри все клокочет от ярости, и если бы не выгнал нахалку, уверен, выебал бы ее там до звезд в глазах.
Вот только…
Блядь, не то это будет уже.
Не то.
Я же ведь был уверен, что уже добился, считал, что в моих руках птичка, и дальше осталась самая малость.
А она переиграла меня. Да так, что я, который всегда гордился своим хладнокровием и умением просчитывать ходы наперед, теперь испытываю жуткое бессилие.
Ведьма. Не иначе. Ведьма с невинными глазами, у которой за пазухой до черта неожиданных фокусов.
Когда, наконец, выхожу из ванной, в комнате уже прибрано. Не полностью, но хотя бы основное. Счет, конечно, за это получу пиздец какой лихой.
Но наплевать.
Хоть немного сбросить пар необходимо, иначе сорвусь к херам, а сейчас, учитывая все происходящее, нельзя облажаться.
Поначалу, когда Злата сбежала, думал рвануть за ней. Поймать и трахнуть там, где догоню.
Но потом решил дать ей побегать, а сам занялся делами. Разговор с Кагановичем вышел херовым. Самоволка Камиля весьма некстати. Сейчас и так время неспокойное, а еще он со своими личными делами. Удивительно, что такой матерый авторитет, как он, не понимает таких вещей.
Но итог все равно один — Тагаев свалил, мы с Валерой остались одни, по сути. И именно сейчас ублюдок Басманов начал снова замахиваться на жирный кусок пирога.
— Пришло время для Асадова, — сказал напоследок Каганович. — Нельзя больше ждать.
— Камиль черт знает где. Без него — рискованно.
— У нас нет выбора, — покачал он головой. — Или так, или ущерб будет не возместить.
Пришлось запускать подготовку плана. Это тоже потребовало внимания.
