— Ведьма! — твердо проинформировала я и села на прежнее место, водрузив «благоухающую» сумку на колени.
— Не верю! — не менее категорично отреагировал КМ. Но платок от лица убрал, правда, лишь на миг. Тут же поперхнулся воздухом — да так, что на глазах выступили слезы — и поспешно отступил к столу. Опустился на вишнево-бархатный «трон» с высокой резной спинкой, который в этом парадном кабинете заменял кресло руководителя, и снова прикрыл свой многострадальный нос. Теперь уже ладонью."
"Я молчала. Да и что, скажите на милость, отвечать на это его «не верю»? Разве только…
— Вы оборотень? — решила все же уточнить.
Не то чтобы я очень в них верила, но после кикиморы, эльфийки и говорящей белки уже ничему не удивлялась, разве что визжала от внезапных спецэффектов, но и к ним можно было бы со временем привыкнуть.
Вопрос директор проигнорировал — просто сидел и сканировал меня взглядом. Стало неуютно, и я нервно поерзала на кожаном сидении стула. Сумка поерзала вместе со мной, наполняя кабинет свежей порцией запаха.
— Не двигайся! — отрывисто приказал КМ, снова переходя на «ты», словно мое заявление о том, что я ведьма, каким-то образом нас сблизило, и продолжил, обращаясь к самому себе: — Странно, очень странно…
Откинулся на спинку кресла, явно стараясь хоть так увеличить расстояние между нами, и застыл.
Пауза затягивалась. Показалось даже, что о моем существовании вообще забыли. Но нет, Кирилл Сергеевич вдруг хмыкнул и произнес:
— Я не чувствую в тебе силы. Ни единого всплеска, даже самого крохотного, ничтожного.
А это попросту невозможно, будь ты инициированной ведьмой. Даже если бы твоя кровь несла лишь слабый отголосок древнего дара, я бы почувствовал.
— Почему? — вырвалось у меня.
— Потому что, да, я оборотень. И не обычный, а истинный. Потомок одного из первых родов, чья кровь текла еще на заре времен, когда два наших мира только возникли. Ясно?
Честно? Нет, абсолютно ничего не ясно, кроме того, что пращур лорда водил дружбу с динозаврами. И если предположить, что он оказался таким же грубияном, как и его праправнук, то я понимаю, почему древние ящеры вымерли.
От обиды! В общем, истинные и неистинные оборотни для меня были все на одно лицо… Или, лучше сказать, морду? Но Кирилл Сергеевич говорил с такой убежденностью, будто свято верил, что я знаю о них все.
Закашлялась, чтобы скрыть невольную улыбку. Мой кашель заметили, потому что сумка тоже пришла в движение. Медовые глаза сузились, а красиво очерченные губы еще больше сжались.
