В усеянном бутылками и стаканами холле царила мёртвая тишина, кое-где яркими кляксами валялась одежда. На таких вечеринках чего только не происходило, потому родители друга на время уехали, подарив сыну возможность как следует повеселиться перед началом серьёзной жизни.
Я пнул алые стринги и зашипел раненым псом. И сюда я вчера затянул Милену. Толкнул ангела в грязь. Тварь!
С самой первой встречи мне чудился хвост хитрой дьяволицы. Я не верил, что крылья настоящие.
Слепец!
Яромира нашёл на втором этаже. Друг был в той же одежде и выглядел крайне помятым. Зевая, он прищурился:
— Ромыч? Ты чего в такую рань?
— Аллу видел? — без объяснений прорычал я.
— Угу, — он кивнул на коридор и добавил: — Только подожди, я вызову полицию и скорую. Но, если по честнаку, ты сам виноват. Бросил её пьяную в дурной компании. А мне, знаешь ли, некогда было вытаскивать твою бабу из-под мужиков…
Я не слушал. Печатая шаги, шёл к указанной двери.
Распахнув, замер на пороге. Да, я понимал, что Алла будет не одна, но вот двоих мужиков с ней в постели не ожидал. Жёстко усмехнулся и громко произнёс:
— Что, детка, исполнила-таки свою давнюю фантазию? И как тебе в два члена? Понравилось?
Мгновенно проснувшись, Алла взвизгнула и вихрем слетела с постели. Грудь её колыхалась, ляжки белели. Я смотрел на тело шлюхи и не мог поверить, что предпочитал
это. Яромир прав, я использовал её, как резиновую куклу.
И сейчас, глядя на женщину, что провела ночь с двумя первыми встречными, ничего не чувствовал.
Не было ни горечи, ни боли. Лишь затопляющая всё злоба. Я бы придушил эту тварь, что толкнула меня на поступок, который я никогда себе не прощу.
— Это ещё что за перс? — привстал один из случайных любовников Аллы. — Присоединиться хочешь?
Я шагнул к кровати и ударом сверху вниз врезал ему в челюсть.
— Ромка! — возмущённо вскрикнул Яр.
— Прекрати!
— Ты же вызвал полицию и скорую, — зло прошипел я, не отрывая взгляда от бледной Аллы. — Не могу позволить, чтобы они приехали зазря.
Женщина булькнула и, сжав себя за горло, вытаращила глаза. Я видел, как тряслась её челюсть, как расширились от ужаса зрачки. Перескочил кровать и, не обращая внимания на матерящегося и размазывающего кровь по лицу парня, вжал обнажённую женщину в стену.
