Если я что не пойму, поможешь. А сейчас мне пора. У нас с братом есть одно дело.
– Какое?
– Потом покажу.
8Снова начались занятия, и я сразу выбилась вперед по всем предметам. Я все ждала, когда Лила попросит меня помочь ей в латыни или в чем-нибудь другом, и училась не столько для школы, сколько ради нее. Я стала лучшей в классе: даже в начальной школе я не училась так хорошо.
В тот год мне казалось, что я расползаюсь, как тесто для пиццы. Грудь, бедра, зад пухли чуть ли не на глазах. Однажды в воскресенье я шла к скверу, где договорилась встретиться с Джильолой Спаньюоло, и тут рядом затормозили братья Солара на своем «миллеченто».
Марчелло, старший, был за рулем, Микеле, младший, сидел рядом. Оба красивые, с блестящими черными волосами и белозубыми улыбками. Из них двоих мне больше нравился Марчелло: он был похож на Гектора с иллюстрации в школьном издании Илиады. Они сопровождали меня всю дорогу: я шла по тротуару, а они на «миллеченто» ехали рядом.
– Ты когда-нибудь каталась на автомобиле?
– Нет.
– Садись, проедем кружочек.
– Отец не разрешает.
– А мы ему не скажем. Когда еще у тебя будет возможность покататься на такой машине?
«Никогда», – подумала я, но все равно сказала: «Нет» и твердила это «нет» до самого сквера. Машина разогналась и вмиг исчезла за строящимися зданиями. Я отказалась потому, что знала: если отцу скажут, что я села в эту машину, то, каким бы добрым он ни был и как бы меня ни любил, изобьет до полусмерти, а братьям, Пеппе и Джанни, хоть они еще маленькие, прикажет убить братьев Солара – сейчас или в будущем.
Писаных правил на этот счет не существовало, но так было принято, и точка. Братья Солара тоже это знали и потому вели себя вежливо и ограничились приглашением прокатиться.
Некоторое время спустя с Адой, старшей дочерью Мелины Капуччо – сумасшедшей вдовы, устроившей скандал, когда уезжала семья Сарраторе, – они обошлись иначе. Аде было четырнадцать, и по воскресеньям она тайком от матери красила губы. Накрашенная, с длинными стройными ногами, с грудью больше, чем у меня, она выглядела взрослой и красивой.
Братья Солара наговорили ей всяких сальностей, потом Микеле вышел из машины, схватил ее за руку, открыл заднюю дверцу и запихнул Аду внутрь. Спустя час они высадили ее на том же месте, она немного злилась и хихикала."
"Кто-то из видевших, как ее силком затащили в машину, сообщил об этом Антонио, ее старшему брату, работавшему механиком в мастерской Горрезио.
