— Это ты?
— Открывай уже!
Слышу лязганье двух замков, и дверь немного приоткрывается, но не до конца — ее держит металлическая цепочка.
Лена обеспокоенно выглядывает, осматривая пространство за моей спиной.
— Ты один?
— Прекращай давай цирк! — рявкаю так, что Лена вздрагивает, но берет себя в руки и скорее распахивает входную дверь.
Захожу в квартиру, и бывшая сразу же ее захлопывает и снова закрывается на все замки и накидывает цепочку. Меня, конечно, немного царапает ее нервозность, но нет до нее никакого дела.
Я пришел сюда за другим.
Уверенным шагом прохожу на кухню и сажусь за стол, внимательно исподлобья следя за Леной. Первое, что бросается в глаза, действительно ее округлившийся животик. Второе, — что руки Лены немного подрагивают, и сама она выглядит не очень: растрепанные волосы, простая одежда, круги под глазами и полное отсутствие косметики.
— Спасибо, что приехал, Давид, — начинает бывшая, заламывая руки и глядя на меня…с надеждой. — Я уже не знала, что делать…
— Скажи-ка мне, Лена, — перебиваю, подаваясь вперед и не обращая внимания на ее лепет.
— Какого хера ты приезжала к моей женщине и плела какую-то чушь про то, что беременна от меня? Ты думаешь, что я — идиот, и поверю в это?!
Лена замирает на месте и хлопает глазами, широко их распахнув. Сглатывает, хмурится и опускает ладони на живот, поглаживая его.
— Не было такого, — отрезает, поджимая губы и гордо вскидывая подбородок.
Вспыхиваю мгновенно.
— Лена, ты меня за идиота держишь?! Предлагаешь позвонить службе безопасности и поднять записи с камер, раз ты страдаешь амнезией?! А моя женщина? Она тоже придумала твой визит?!
На удивление, обычно истеричная Лена ведет себя спокойно, собранно и сдержанно.
Как мудрая женщина. Гормоны на нее так действуют, что ли?
Бывшая подходит к чайнику и, как ни в чем не бывало, интересуется:
— Чаю будешь?
— Нет! — снова рявкаю, едва сдерживаясь, чтобы не тряхануть хорошенько любовницу. — Давай ближе к делу, у меня мало времени. И советую не юлить, а рассказать, как есть.
Ты и без того в большой заднице.
Лена наливает себе стакан воды отпивает, ставит его в раковину и наконец решительно поворачивается и садится напротив. Складывает руки перед собой, сцепляя их в замок, и начинает рассказ.
— Во-первых, не кричи на меня. Это нервирует. Как видишь, — показывает руками на свой живот, — мне волноваться категорически нельзя.
Хмыкаю, откидываясь на спинку стула, и с интересом наблюдаю за переменами в бывшей женщине.
