— Спасибо! — расплачиваюсь и сразу сдаю куртку.
— Ваш номер на пятом этаже. Приятного отдыха! — улыбчивая администраторша снова утыкается в свой компьютер.
Поднимаюсь на лифте на нужный этаж. Захожу в номер. Небольшой, чистенький. Быстро очищаю чемодан, достаю принадлежности. Надеваю любимые штаны с пузырями на коленках и футболку оверсайз."
"Телефон постоянно вибрирует, Пашка названивает. Как только доходят руки, отправляю его в ЧС.
Вкусненько ужинаю, гляжу в окно. Вид на небольшую площадь и каток. Скоро Новый год.
Я так его ждала! Всхлипываю. А теперь что? Где жить? Хорошо хоть у меня есть работа.
Больно, когда предают. Слезинка падает на ладонь.
Улыбнись, помпончик!
Что? На губы лезет предательская улыбка. Почему я этого странного парня вспомнила? Ведь есть и другие мужчины, в самом деле! Вытираю слёзы. Вот ещё!
Роюсь в чемодане и достаю путевки в «Петушки». Рассматриваю их, затем складываю обратно. Пашка не знает, где именно этот глэмпинг. Он особо не горел энтузиазмом вообще ехать.
Теперь ясно почему.
Думал, будет потрахивать нас обеих? А хрен тебе, кобелина!
Решено! Я поеду в «Петушки» и буду от всей души отрываться! Проведу самый незабываемый Новый год в жизни. Вернусь, дам бывшему сочного пенделя! И начну новую жизнь!
Глава 2
АняПроснувшись чуть раньше будильника, потягиваюсь. Чувствую внутри что-то странное. Пустоту? Свободу? Одиночество? Не могу понять.
Машинально беру мобильный. Подруги у меня больше нет, вношу её номер в ЧС и удаляю из записной книжки. Счастья им с Пашей! На свадьбу можно не приглашать.
Вздыхаю.
Пашка вечно бесился, что я провожу много времени под горячими струями. Сам он мылся пару минут и всё. А уж валяться в ванной терпеть не мог! Теперь его нет. И я вроде свободна, но…
Как назло, в голову лезут счастливые воспоминания. Как мы познакомились. Он тогда чуть не сшиб меня на машине. Как впервые поцеловались. Паша красиво ухаживал. Говорил о любви. Через полгода предложил съехаться…
Но из глаз начинают течь слезы. И остановить я их не могу.
Ну что за плакса? В один миг на меня наваливается такая тяжесть, безысходность, что…
— Не поеду… а что, если… простить? — бормочу, вылезая из душа, — ну подумаешь, все мужики гуляют. Так бабушка учила.
Но сердце не обмануть. Как бы мне не хотелось вернуться обратно в зону комфорта, всё кончено. Хлопаю себя по щекам. Не раскисать! Измену я никогда не прощу! Тем более, такую наглую и открытую!
— Нужно ехать! Выплакаться я смогу в своем уютненьком глэмпинге.
