Мне хочется выплеснуть её! Избавиться от отвратительного чувства никчёмности! Мне хочется вернуть контроль!
Отпускаю шею, и толкаю свою пленницу на кровать.
Сам накрываю её сверху.
Затыкаю рот отчаянным поцелуем. Кусаю пересохшие губы, толкаюсь языком в сопротивляющийся рот. Не ласкаю, а просто беру то, что хочу! Схожу с ума от дурмана близости!
Долбанное платье только мешает!
В меня вселяется звериное нетерпение.
Ткань трещит, когда я тяну её в стороны.
Лерка барахтается подо мной, ударяет конечностями и кричит что-то, но бахающий в висках пульс заглушает её крики.
Я превращаюсь в сгусток сумасшедшего адреналина.
В груди зияет бездонная пропасть. Огромная, холодная, пугающая…
Сейчас есть только один способ её насытить.
Глава 14
Лера
Его язык хозяйничает в моём рту. Пальцы жадно шарят по покрытому мурашками телу. Смотрю на Яра со всей возможной яростью. Как же я ненавижу его в этот момент!
С самого начала нашего знакомства он просто играл моими чувствами! Мог, ведь, признаться в любой момент! Мог не трогать меня! Мог не забирать мою девственность! Но… он этого не сделал!
Его ложь опутала сердце, забрала волю, вывернула душу наизнанку.
Теперь я полностью в его власти. И эта беспомощность перед мощью и силой поджигает фитиль внутреннего динамита."
"Мы с Яром бешено смотрим друг на друга. Сцепившиеся в схватке бывшие любовники, а теперь враги. Я не верю ему. Он же жаждет меня сломить. Любовь прошла, между нами — война.
Жёсткие пальцы спускаются ниже по моему телу. Сжимают ягодицы, резко разводят в сторону ноги.
Меня потряхивает от адреналина. Впиваюсь ногтями в его короткие жёсткие волосы.
Кусаюсь, отбиваюсь, выталкиваю язык из своего рта! В ответ Яр лишь чертыхается, но не сдаёт позиции. Сжимает меня между ног, целует шею, стискивает обнажённую грудь. Его пальцы оттягивают острые вишенки сосков, и меня пронзает током. Все его действия — словно ракета, летящая по выверенной траектории — поражают точно в цель. Пробивают оборону, целятся в мои слабые места…
— Урод! — дико шиплю, прищуриваясь.
Гляжу в его глубокие тёмные глаза. Чёрные и мрачные как ночь, они таят в себе все тайны мира.
— Да, крошка, я такой, — цедит сквозь зубы. — И ты права, во всей этой ситуации у меня тоже есть своя выгода!
От такого откровенного признания я цепенею. Вон оно. Мы подошли к грани. Теперь он сбросит все маски. Прекратит притворство. Боюсь моё бедное сердце не выдержит правды. Оно распадётся в звёздную пыль, и я уже никогда не соберу его воедино.
