— Правда? А ты откуда знаешь?
— Это моя фотография, — пожал плечами Богдан, вытягивая длинные ноги перед собой и открывая банку с шипучкой.
— Не шутишь? Обалдеть! А это ты где снимал? — палец сына ткнул в экран, а переполненные восхищеньем глаза поймали отцовский взгляд. На Богдана никто и никогда так не смотрел. С таким восхищением, щенячьей любовью и чистым незамутненным поиском выгод восторгом. Может быть, только Ритка… Когда-то давно, в прошлой жизни.
— В Юте. Неподалеку от Долины Троллей. Там охренительно красивые места.
— Вау… Это просто пушка!
— Если хочешь, я как-нибудь возьму тебя с собой, — пробормотал Богдан и залпом допил газировку. Сейчас ему бы не помешало что-то покрепче, но он дал себе слово не пить в присутствии сына. Да и вообще, с его генетикой не стоило налегать на алкоголь.
— В Америку?! Я даже не знаю… Точнее, не думаю, что мама меня отпустит, — плечи Марка поникли.
— Почему сразу в Америку? Звезды — они ведь везде. При желании и здесь можно найти пару стоящих мест.
— Правда?! А оборудование?
— Оно всегда со мной.
Марик вскочил, подпрыгнул едва ли не до потолка и завизжал, ну, совсем, как девчонка. Он потом несколько дней только об этом и болтал, и если бы не тот проклятый аттракцион — Богдан бы уже давным-давно сдался и повез сына к звездам.
— Ну, я не знаю… — сомневалась до последнего Рита. — А что, если билетов на вечерние рейсы не будет? Я уже несколько дней за ними охочусь.
— Оставь это мне. Мой агент — все равно, что волшебник. Он точно что-нибудь придумает.
— Соглашайся, мам! — ныл Марк.
Рита погладила сына по растрепанным, выгоревшим на солнце волосам, скосила взгляд на Связерского и, не сдержав чувств, фыркнула:
— Твой агент — не волшебник. Он известный кусок дерьма. Впрочем, мне с ним детей не крестить.
Совсем как тогда, в первый раз, Марк завизжал и запрыгал по полу так, что дом сотрясся. Но Богдан, кажется, этого даже и не заметил. Он сверлил прожигающим взглядом Риту, играя желваками на скулах.
— Если уж на то пошло, кусок дерьма — это я.
Даг просто делал свою работу.
— С большим удовольствием делал.
— Что ты имеешь в виду? — напрягся Богдан.
— Мам… Пап… Я вы о чем вообще?
Марго проглотила готовую сорваться с губ обиду. Нет, ну, каков! Делает вид, что ничего не знает… Почти уже согласившись задержаться еще на ночь, в тот момент ей хотелось лететь от него впереди самолета.
— Да так… не бери в голову, — пробормотала Рита и, схватив тарелку, принялась выкладывать на нее яичницу.
