— Что лишний раз доказывает, что ты совершенно его не знаешь.
— Он забавный и красивый. Что еще мне нужно знать, чтобы решиться на ни к чему не обязывающую встречу?"
"— С ним не бывает ни к чему не обязывающих встреч! Да он же тебя взглядом уже тысячу раз раздел! Ты что, не поняла, чего он хочет?
Рита приподнялась на шезлонге, спустила ноги на песок и, отбросив очки, внимательно на него уставилась.
— Что смотришь?
— Да просто поверить не могу, что мне читает нотации Богдан Плейбой Связерский.
— Идиотское прозвище!
— Но, согласись, отражающее суть.
— Я просто не хочу, чтобы этот мудак причинил тебе боль!
— А я думала — он твой друг.
— Что не отменят того, что он мудак по отношению ко всем своим бабам.
— Вроде тебя?
Она его уела. Одним вопросом выбила из него все дерьмо. Он мог прикладывать сколько угодно усилий к тому, чтобы все исправить. Но это ничего… абсолютно ничего не значило. И ничего не меняло. Богдан ошибся. Просрал все еще тогда, когда, будучи восемнадцатилетним сопляком, бросил ее один на один с проблемой.
Когда вместо поддержки и внимания — просто ушел. Когда струсил до такой степени, что не смог с ней даже просто поговорить. Когда доверил этот вопрос своему агенту и нанятым им юристам.
— Да брось, Бо. Я уже взрослая девочка. Иллюзий не питаю. У меня теперь пожизненный иммунитет против таких, как ты.
Маргарита улыбнулась, поднялась с шезлонга и пошла прямиком к Марку. А он… он старался не думать о том, что с ней сделал, не гадать о том, что бы было, если бы он тогда забрал Ритку с собой, не видеть, как сворачивают шеи мужики, пялясь вслед той, которую он навсегда потерял.
Не дойдя до сына совсем немного, Марго была остановлена каким-то испашкой. Она улыбалась, что-то говорила и между делом пыталась его обойти. Но тот не давал ей прохода. Еще бы. Богдан отставил пиво и пошел Рите на выручку. Обвил рукой тонкую талию, игнорируя то, как мгновенно она напряглась в его руках, и бросил на донжуана жесткий взгляд:
— Все в порядке? — мурлыкнул ей в волосы.
Мужик отступил, затараторив на своем, им непонятном.
— В полном. И станет еще лучше, если ты меня отпустишь.
Богдан нехотя отступил, что, наверное, было ошибкой. От ее близости и нежного, въевшегося в подкорку аромата член в его шортах заинтересованно приподнялся, и это не увидел бы разве что только слепой. Игнорируя Риткин изумленный взгляд, Богдан обошел ее по кругу и побежал к морю. Остыть.
