И если бы они под конец игры не докумекали, наконец, блокировать его незрячие передачи на Томпсона, Тампа оказалась бы в еще большей заднице. Связерский это понимал, это понимали в команде, и понимали тысячи его фанов. Но только лишь его сын заступился. Сын, которого он бросил. Если, конечно, он знал, кто его отец.
Тогда, чтобы прощупать почву, Богдан ответил на комментарий:
«Спасибо, сынок», — написал он. Так и началось их виртуальное общение."
"К счастью и к чести Риты, она ни в коем случае не скрывала от Марка его личность.
Хотя, наверное, могла и имела право. Он не настаивал, чтобы мальчик был в курсе, он вообще ни на чем не настаивал…
Богдан запрокинул голову и в несколько жадных глотков осушил полбанки спрайта. Как и любой мужчина, он не слишком любил копаться в себе. Но в последнее время без этого не обходился ни один его день. Черте что. А между тем игнорирующая его весь день Маргарита спустилась по лестнице, ведущей с балкона второго этажа в патио, подошла к бассейну и, как кошка, одной ногой потрогала воду.
Связерский чуть поджал ноги, прячась в тени. Ему не хотелось нарушать её уединения. По какой-то причине Рита не пошла с ними на море днем. Пусть хоть в бассейне поплещется. Оглянувшись, как воришка, по сторонам, она развязала поясок и скинула халат с плеч.
Твою мать… Какого черта?! Богдан опустил недоуменный взгляд на подпрыгнувший как по команде член и… с шумом выдохнул.
Она совершенно не изменилась. Все такая же… шикарная, да. Лучшего слова не подобрать. Идеально гладкая кожа, крутые бедра.
Тонкая талия, изумительной формы ножки. Мягкий живот, тяжелая грудь. Все, как ему нравилось. Все, что он так долго стирал из памяти.
То лето — стирал.
Маргарита еще нерешительно помедлила и, осторожно ступая вниз по ступенькам, вошла в воду. Плавала она отвратительно. По-собачьи. И это выглядело довольно смешно. Впрочем, все компенсировал энтузиазм, с которым она бралась за любое дело. Ритка даже попыталась проплыть под водой, но ни черта у нее не получилось.
Обтянутая скромным голубым купальником попа как поплавок всплывала кверху. Отфыркиваясь, Марго встала на ноги и тихонько рассмеялась, откинув голову. Так, словно не было прошлых лет. Так, будто она и сейчас была способна находить радость в любой мелочи. Сам Богдан эту способность утратил напрочь… Сложно было с прежним энтузиазмом восхищаться тем, что переживал уже тысячи раз. Он ловил себя на мысли, что его все меньше трогают… женщины, развлечения, деньги.
