И мы обязательно выясним, что случилось с исследовательской группой.
Я нервно сглотнула, пытаясь всеми силами прогнать плохие мысли.
– Сейчас мы будем заходить в корабль. Необходимо осмотреть его. Разделимся на пары, – пояснил он. – Ты пойдешь со мной.
Я кивнула, все еще смотря на черную громаду корабля.
Внутри первые несколько отсеков были оплавлены. Безопасники отправились на разные уровни, через каждые десять минут связываясь с Шархатом и докладывая обстановку. Через сорок минут, пока мы с Шархатом шли к рубке, связь с ними пропала.
Мы остановились.
– Сбой? – уточнила я.
– Нет, – ответил Шархат. – Просто они разом перестали выходить на связь. Возвращаемся! – отрезал он.
И от того, что мой мужчина не собирался бросать ариатов в беде, чаще забилось сердце. Молча последовала за ним, стараясь производить как можно меньше шума, но на заброшенном корабле, пока мы шли по коридорам и пробирались на разные уровни, гулко отдавалось эхо наших шагов.
Мы дошли до очередного отсека, и я случайно порезала руку об осколок.
Ойкнула. Ранка, конечно, благодаря быстрой регенерации тут же зажила, но вот капля крови, упав на пол с ненормальным звоном, запустила какой-то механизм.
Шархат оглянулся, тут же встал впереди меня, создавая огненный шар. Со стенами что-то происходило. Они вибрировали, дрожали, наливались странным голубым сиянием. Неожиданная вспышка ослепила нас с Шархатом, а когда мы смогли открыть глаза, то я так и замерла с открытым ртом.
Просто потому что корабль преобразился.
Стальная обшивка стен, светящиеся неоновым светом огни над головой, и двое мужчин, замерших перед нами. Точно энитейцы! В темно-синих кителях, расшитых серебряными звездами, оба черноволосые и кареглазые. Тот, что стоял слева – уже в возрасте, с сединой в волосах, а второй – совсем молодой.
Шархат, стоящий позади, тихо велел:
– Замри и не сходи с места. Мы попали во временной разрыв.
Что? Я, конечно, слышала, что на некоторых планетах существуют подобные аномальные зоны, но не подозревала, что они есть и на Рантаре.
Когда происходит смещение пространственно-временных координат, и ты словно попадаешь в прошлое, видишь, что происходило в этом месте много лет назад… о таком нельзя не предупреждать! Ведь стоит сделать лишь шаг, как ты нарушишь баланс и разлетишься на кусочки.
– Чтобы тут не происходило, Касс, просто стой, – повторил Шархат. – Максимальное время подобного сдвига – полчаса.
