– Так… И в чем требуется моя помощь?
– Все мои родные два дня назад отправились на соседнюю планету на юбилей друзей. Мы остались, Дарий временно запретил Алекс перелеты.
Жена Диара наклонилась и ласково провела рукой по его макушке. Видимо, чувствовала, как он волнуется, хотя ни голосом, ни жестом этого не выдал.
– Я не могу взять Алекс с собой и оставить одну… тоже не могу, – отрезал Диар. – Ты и Маркус, единственные, кому могу доверить защитить и помочь моей Алекс. Но учитывая, что у Маркуса сегодня уже пятая встреча с землянами, где они договариваются о постоянных доставках, остаешься только ты.
Тянуть с ледниками, сам понимаешь, тоже нельзя.
– Сколько до вас добираться? – поинтересовался Шархат, даже не думая отказываться.
– Часа три.
– Буду через четыре.
– Прилетайте вместе с Касс, – сказала Алекс и покосилась на напряженного мужа.
Шархат обернулся ко мне.
– Я с удовольствием, – нашлась тут же.
– Тогда до встречи, – кивнул Диару Шархат.
– Спасибо, – коротко отозвался он, отключаясь.
Шархат Антар."
"Я забываюсь в Касс сразу же, едва мы оказываемся во флаере. Мир рушится, я падаю в звездную бездну, и с трудом возвращаюсь.
В этот раз все должно пройти правильно. Не во флаере по пути домой. Не стремительно и жадно. Так, чтобы Касс было сладко и радостно, и никак иначе.
Но как же сложно, до темной бездны в глазах, сдерживаться. Запах ее кожи буквально сводит с ума. Хуже любого дурмана. Хочется напиться ей до полного бессилия.
Я держусь какое-то время на последних остатках самообладания, пока несу Касс к квартире.
Но стоит раздаться щелчку двери, как ловлю ее руки, вскидываю и не даю и шанса передумать.
Замираю. Отступаю. И старательно подбираю слова, чтобы не спугнуть Касс своим напором. А когда она дает понять, что нужен такой, как есть, сил сдерживаться не остается. Отдаю своей девчонке жар и ласку, зацеловываю.
До чего же она желанная. Горячая. Чувственная. Откликается доверчиво и безоглядно на каждое мое прикосновение, и это будет во мне огненного зверя, того, что твердит «моя» и готов разрушить все, что станет у него на пути.
Ни с кем и никогда я не ощущал такого. До ломоты в каждой мышцы, до боли хочу ее, свою Касс.
И все же проникаю в нее медленно и глубоко, сдерживаясь, опасаясь причинить хоть малейшую боль.
Но когда Касс шепчет «люблю», одно это ее слово разносит меня на искры. И я срываюсь и окончательно забываюсь в ней. Неизменно горячей, стонущей, задыхающейся от моих поцелуев.
