Тут есть все и не надо страдать и думать, где достать денег на еду. Не надо стоять в очередях в поликлинику.
Но надо жить не своей жизнью. Чьей-то чужой. Как все, ездить на метро или на автобусе. Справлюсь ли я? Насколько меня хватит?
— Поехали со мной к нам домой. Мама тебя ждет. Поговорим спокойно. Решим, что будем делать дальше.
— Какие есть варианты?
— Найдем тебе жениха хорошего, распишитесь, свадьбу отпразднуем, ребенка усыновите и все будет хорошо для всех. — Он нежно заправляет прядь волос за ухо и целует в лоб.
— А если он мне не понравится?
— Стерпится-слюбиться.
Как бы я хотела сейчас залезть к отцу на колени и обнять. В детстве это было так просто. Сейчас, чтобы позволить себе такую слабость, надо прежде сделать так, как он хочет. Рассказать бы о том, что ношу ребенка, его внука. Это сейчас главное, а не то, сколько капитала я смогу принести.
— Могу я подумать?
— Зачем? Или есть какие-то другие варианты?
— Может я поняла, что есть дорогие мне люди, которым и не надо, чтобы я была богатой.
— Это тебе так кажется, да и им тоже. Скажи, что ты банкрот и сразу увидишь, как изменится к тебе отношение. Люди привыкли получать от тебя выгоду. На этом строятся ваши отношения. Без денег ты никому не нужна. А нам с мамой ты нужна с деньгами или без. Мы твои родители и любим тебя любой.
Однажды я уже выбрала золотую клетку с Ваней, а потом тысячу раз пожалела об этом.
Если не сейчас, то я не вырвусь никогда. Согласиться — и папа будет всю жизнь вспоминать это и ставить в укор.
Теперь я снова стояла перед этим же выбором. Свернуть назад. Слова психолога, пустившие когда-то ростки, сейчас горят, как маяки. Я забеременела не случайно и, если захочу пойти по своему прежнему пути, то могу лишиться того, что имею сейчас. А это означает лишь одно — ребенка я потеряю.
— Нет, я не вернусь на таких условиях.
Разворачиваюсь к нему и смотрю в глаза.
Страшно стоять вот так перед ним и пытаться свернуть гору с места, когда любой твой шаг — и лавина обрушится, придавив своим авторитетом и властью.
— А на каких вернешься? — ухмыляется так, словно уже знает мой ответ.
— Вы не лезете в мою жизнь и не указываете, за кого выходить замуж.
— Ха, — со смехом взрывается, — чтобы ты разбазарила все, что я заработал. Могу лишить тебя наследства и за любого нищеброда можешь идти. Но ему ничего не достанется.
