Снова накатывает минутка жалости. У меня было все, а я в один миг сама отказалась от этого. Почему нельзя отмотать все назад. Почему ошибки воспринимаются ошибками только спустя время? А тот, кто был нужен, в тебе уже не нуждается.
Я достаю из-под подушки телефон и открываю сообщение от Алисы.
26
Следующие несколько дней из головы не выходил разговор с Мишей об Алисе. Я прокручиваю историю нашей дружбы с момента знакомства. Подруга никогда не просила воспользоваться моим положением и деньгами, исключая случаи, когда я сама настаивала на этом.
Она всегда старалась помочь, хоть у самой был больной отец на иждивении.
Даже когда она узнала, что я выставила ее предметом спора, все равно не злилась долго и простила. А ведь я тогда не осознала сразу масштабы трагедии. Думала, это шутки и они сойдутся быстро. Помирятся. Насколько бы я не была виновата, она никогда не ставила мне в упрек мой поступок.
А сейчас я оказалась в такой же ситуации. Она делает шаг навстречу, а я поворачиваюсь спиной.
Хочу развернуться к ней назад и не могу. Не понимаю сама себя.
Как будто пропасть какая-то, а мостик настолько хлипкий, что я одна не справлюсь, и мы не сможем выстроить прочный. Потому что я не знаю, чего ждать. Потому что боюсь, что отпустит мою руку в любое время.
“Прости, что не была так надежна, чтобы ты мне все рассказала. Я искала поломку в тебе, а она похоже была где-то во мне. Я просто не хочу, чтобы люди вокруг меня были несчастны”
Я уже сто раз это перечитала ее сообщение, но никак не могла уловить подтекст.
Вот оно все вроде бы понятно, но одновременно она хочет этим еще что-то сказать, но я до конца не понимаю, что именно."
"Я жду время обеда, чтобы все разошлись, и в палате наконец станет хоть немного тише. Так не хватает уединения, чтобы позвонить и поговорить. Прежде, чем говорить с Алисой, мне надо поговорить с тем психологом. Да, ее профиль — беременные, но ведь навык если есть, то его можно применить к любой сфере.
— Маргарита, добрый день, — отвечает девушка и сразу представляется.
— Здравствуйте, это Валерия Орлова, если я вас не отвлекаю, мы могли бы поговорить?
Она молчит, видимо, перебирает в картотеке памяти имена.
— Психологическое бесплодие, — напоминаю я диагноз.
Помнится, кто-то рассказывал, что врачи запоминают именно так. И, действительно, это срабатывает, она сразу узнает меня и даже интересуется, почему я так и не пришла. А мне приходится рассказать всю историю с аварией.
