– Сколько ты еще меня воспитывать будешь, блин?
– Пока ты не перестанешь вести себя, как дурак, – флегматично отвечает друг и садится за руль его любимой черной бэхи, которой он не изменяет несколько лет.
Опускает боковое стекло и, изучив мои далекие от нормального вида штаны, выдает с понимающей ухмылкой старшего брата.
– Прыгай, все равно на мойку собирался.
И все время, пока мы выезжаем с территории отделения полиции, пока катим на бешеной скорости по автостраде, обгоняя байки и мерсы, как стоячие, я мыслями возвращаюсь к Кнопке.
Представляю ее огромные голубые глазищи, тонкие острые ключицы и невольно вспоминаю день нашего знакомства, когда она неуправляемым вихрем ворвалась в мою жизнь и вылила мне на голову почти литр офигенно вкусного кофе.
Скучаю до ломоты в пальцах. Аленки не хватает так сильно, что будни кажутся неинтересными и одинаковыми, а из окружающего мира как будто выкачали все краски, и теперь он демонстрирует мне сплошь серый цвет. Убогие автобусы, невыразительные здания, блеклых людей, как на старой кинопленке.
– Волк, ты же в курсе, где Васька? – пришедшая на ум идея только поначалу видится глупой, потому что правый угол Сашкиных губ характерно подергивается, моментально выдавая его осведомленность.
– Отвези к ней.
Проникнувшись моими метаниями, неоновой вывеской горящими на лбу, Волков согласно кивает и перестраивается в крайний правый ряд. Ну, а я очень кстати нахожу у него в бардачке бутылку початого односолодового виски и нетерпеливо отвинчиваю пробку, решив, что мой организм заслужил небольшую дозу успокоительного.
Глава 35
Алена
— Ты отвратительный! Я тебя ненавижу!
— Тогда почему ты держишь мою руку?
(с) к/ф «Сплетница».
Я целую бабушку в сухую морщинистую щеку, составляю в холодильник остатки Пражского торта и убираю в контейнер котлеты по-Киевски. Еще раз сжимаю одну из моих любимых родственниц в нежных объятьях и, пообещав чаще ее навещать, выскальзываю за дверь. Чтобы в три шага пересечь пространство лестничной клетки и поскрестись в квартиру напротив, куда полчаса назад приехала Лиза.
– Привет, малая! – подруга встречает меня с радостной улыбкой, озаряющей красивое безмятежное лицо, и затаскивает в небольшую квадратную прихожую, помогая избавиться от наспех наброшенной поверх плеч куртки.
Забирает из моих рук изрядно потрепанный рюкзак с единорожкой и, заставив меня обуть огромные пушистые тапочки с розовым помпоном, направляется в кухню.
