— Благословляю вас, — усмехается Дима, отталкивается от машины и проходит мимо нас. Оборачивается. — Но ты же понимаешь, — обращается к Саше, — если баба смогла один раз предать, она сделает это второй. Если натура блядская, то она обязательно вылезет, — сквозь зубы проговаривает он и открывает дверь своей машины.
Александр дергается в его сторону, а я повисаю у него на руке, не отпуская.
— Не надо, пожалуйста, пусть едет! — прошу его, уже рыдая.
Понятно, что Саша физически подготовлен и сильнее, диалога не получится, и я не хочу, чтобы началось избиение Димы.
Да, он груб, но я его прощаю.
Александр останавливается, наблюдая, как Дима садится в машину и выезжает с парковки. Мы молчим до тех пор, пока Дима не скрывается из виду.
— Ты не уехал… — констатирую я, пытаясь утереть слезы, а они, проклятые, все льются и льются.
— И правильно сделал, ты же видишь, что он агрессивен. О чем я тебе и говорил.
Мотаю головой, не желая объяснять, что агрессию вызвало как раз его присутствие.
— Алечка, девочка моя, — подходит ко мне вплотную, пытаясь обнять и успокоить. Дергаюсь, отталкивая его.
— Все, уезжай теперь! — кричу, всхлипывая. — Оставь меня в покое! — разворачиваюсь и бегу к дому. Не хочу сейчас никого видеть и ни с кем разговаривать. У меня истерика, и я хочу пережить ее сама. Быстро открываю подъездную дверь и забегаю в подъезд, но за мной никто не бежит. Александр так и стоит на месте. Вот и хорошо. Хоть сейчас он меня услышал.
Глава 19
Алевтина
Прошло почти два дня тишины.
И я благодарна всем за то, что не беспокоили. Дима вычеркнул себя из моей жизни. Он не звонит и не пишет. Хотя я ждала с замиранием сердца. Нет, я не ждала извинений, они мне не нужны. Извинения с его стороны будут звучать инородно. Я, наверное, ждала очередных разборок, его агрессии и агонии. Но нет… Даже не знаю, хорошо это или плохо.
Александр, гад Майоров, тоже не звонит, больше не вторгаясь в мою жизнь без разрешения. И самое смешное, что я и тут не знаю, хорошо это или плохо.
"
"С одной стороны, он меня услышал и дал время, как я просила; с другой — я по-женски хочу… Не знаю, чего хочу. Я, как эгоистка, хочу, чтобы за мной снова побегали.
Дура?
Конечно, дура.
Второй день лежу на диване в пустой квартире и пялюсь в телевизор, просматривая все подряд.
С Димой все закончено, а Саша очень сложный человек. Тяжёлый. При всех его достоинствах у него, правда, много недостатков.
