Не хочу загадывать и планировать хоть что-то. Уже один раз сделала так, и теперь сбегаю от давящей реальности.
— Беги, твой рейс объявили, не стоит опаздывать, — в последний раз крепко обняв, мама подтолкнула меня к стойке регистрации.
Мы ещё раз обнялись, и я зашагала к приятной девушке, которая «одобрит» мой полет в новую жизнь. Помахав на прощание родным, пошла на посадку. Удобные кресла бизнес-класса приятно расслабляют при моем страхе летать. Милые бортпроводницы пожелали приятного полета, и мы взмыли ввысь."
"Глядя на пушистые белые облака снова погрузилась в воспоминания.
Прошло уже две недели, как Игорь исчез из моей жизни. За эти дни он так и не вышел на связь, телефон оставался вне зоны доступа. Даже не верится, что он так со мной поступил. Увы, на главный вопрос «Почему?» так и нет ответа. Мы не ссорились, была полная идиллия. Утром я была никакая. Звонок из института не привел в чувства. Мама сама бегала с моими документами, потому что все чего мне хотелось на тот момент — лезть на стенку от невыносимой боли в груди.
У меня словно часть души вынули, и эта пустота внутри угнетала. Через пару дней дышать стало легче, и я поняла, что это не розыгрыш, а самая настоящая суровая реальность.
Можно сколько угодно ждать и надеяться, что он вернется и все наладится, но это будет самообман. Уже даже не уверена, что он местный. В тайне ото всех я проехала по всем, даже самым маленьким, строительным организациям. И ни в одной из них его не знали. Хотя есть одна фирма, в нее меня не пустили, но все же в ближайших кафе его никто не видел.
Значит был командировочным или в отпуске. А фото… Просто из архива мог накидать, а по факту пропадал у кого-то другого. И не факт, что у него.
Самым тяжелым было за эти дни видеть, как мама страдает из-за меня. Вчера даже пришлось её успокаивать. Это привело меня в чувство и дало толчок для выхода из анабиозного состояния. Вечером она зашла ко мне в комнату, крепко прижала к груди и начала горько плакать и просить прощения.
— Варюш, прости меня.
Я так перед вами виновата, зачем только полезла, — захлебываясь слезами, говорила она, а я искренне не понимала ее.
— Мамуль, ты чего? Ты ни в чем не виновата. Ну, не плачь, — старалась успокоить родительницу, но та продолжала плакать.
— Зачем я их тебе подарила? Я одна осталась, теперь и ты. Несчастье приносит это подарок. Прости меня, дочка.
— Мам, ну ты чего? Это всего лишь украшение. Просто так сошлись звезды, что твой подарок и уход Игоря выпали на один день.
