"Екатерина Бордон
Категорически влюблен
© Екатерина Дорн, 2025
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025
* * *Глава 1
Если бы хоть кто-то удосужился спросить Катю, она бы сказала, что это была плохая идея.
Ужасная.
Чудовищная.
Монстрическая!
И, пожалуй, совершенно нелепая.
Вот только Катю, увы, никто не спрашивал. Мнением семнадцатилетних троечниц в принципе редко интересуются, а Кате «повезло» вдвойне. Светлана Сергеевна, ее мама, была очень энергичной женщиной. О-о-очень. Прямо очень-очень. И, что гораздо страшнее, она почему-то свято верила, что ее дочь ни дня не проживет без едкого материнского комментария, тщательно замаскированного под ценный совет.
«Ты там в этой своей Москве вещи-то без присмотра не оставляй. А то я тебя, растяпу, знаю!»
«Питайся нормально, поняла? На фастфуды не налегай, у тебя и так есть склонность к полноте».
«Вот сердцем чую, ты там вляпаешься в какие-нибудь неприятности. Это же ты!»
Катя молча скрипела зубами (спорить с мамой – себе дороже) и злорадно предвкушала, как будет вляпываться во все неприятности подряд, демонически хохоча и потрясая в воздухе недоеденным бургером.
Муа-ха-ха! В конце концов, студенческая жизнь для того и предназначена! Особенно в Московском институте медиа и искусств.
Это же МИМИ!
Катя мечтала об этом институте и студенческой жизни в общаге. Грезила! Паковала чемодан и представляла, как будет рисовать комиксы до одурения, зажигать с подружками до утра и с визгом носиться по этажам, убегая от красавчиков с хорео.
А теперь…
Катя раздраженно дернула на себя огромный красный чемодан, чтобы перетащить его через бордюр.
…Теперь ей придется жить в съемной квартире у черта на куличках. В подмосковном, прости господи, Долгоречном! И ладно бы одной… Так нет же, с ненавистным Захаром, который все детство ей испоганил!
Катя огляделась по сторонам и недовольно поджала губы. Долгоречный мало чем отличался от родного Воронежа и совсем не походил на красотку-Москву. Кате она показалась ведьминским котлом с каким-то разноцветным зельем, которое бурлит и светится сотней огней.
А в Долгоречном светилась только вывеска «Пиво на розлив».
Супер!
Катя протяжно вздохнула и, состроив скорбную моську, потянулась к карману, где покоился умирающий телефон. Если верить навигатору, до третьего дома по улице Октябрьской оставалось шестьсот метров. И всего два процента зарядки! Еще и темнеть начало… «Тах-тах-тах» – торопливо затарахтели по брусчатке колесики чемодана.
