А любая поломка в системе безопасности однозначно зафиксируется приборами.
– Все, готово, – ответил Диар. – Полагаю, долго нам ждать не придется.
Он на всякий случай осмотрел мерцающий купол, призвал свою силу и написал крупными буквами призыв о помощи.
– Давай поделюсь пледом, – предложила я.
– Алекс, я вполне спокойно переношу холод.
– Из-за твоей мутации? – нашлась я. – Именно поэтому Маркус посмеивался над тем, что я пыталась закутать тебя в одеяла? Бесполезно было?
Диар вздохнул, повернулся ко мне, и в морозной ночи, освещенной только звездами, сверкнули его глаза.
– Генная мутация, конечно, играет свою роль, Алекс. Именно из-за нее я спокойно реагирую на холод, воспринимаю его немного иначе, чем обычные ариаты. Мне действительно не грозит замерзнуть, даже если не использую свои способности к понижению температуры, но…
– Другое дело, когда ты становишься термокинетиком? – тихо спросила я.
– Да. Здесь тело требует восстановления, уходит много энергии, мне не хватает… тепла, и я мерзну даже сильнее, чем обычный человек в самую поганую стужу.
Я понимала Диара. Стирается своеобразная грань, и все отклонения становятся нормой. Я вот тогда не чувствовала страха и считала это вполне естественным, словно так и должно быть. Диар замерзал, но не ощущал разницы между теплом и морозом.
– Плед и горячий кофе в такой ситуации всегда кстати.
Диар помолчал некоторое время и совсем тихо заметил:
– Психологически отойти после использования силы любому с третьим уровнем способностей сложнее в разы.
Мне каждый раз нужно не только тело согреть, но и душу. И плед с кофе во втором случае не всегда сработает. Нужно нечто… иное. Искренняя забота, чужое тепло, внимание… Иногда спасает даже простой разговор и присутствие рядом того, кто не дрожит перед тобой от страха. Откат бьет болезненно и жестко. Для того чтобы вернуться в норму, необходимо время и… помощь."
"Последнее слово Диару далось с трудом.
– Почему ты не обращаешься к специалистам? Неужели у вас нет тех, кто помогает и способствует тому, чтобы облегчить откат?
Диар посмотрел в непроглядную ночь и едва слышно сказал:
– Думаешь, кто-то согласился работать со мной? С тем, кого считают ледяным монстром, способным за секунды превратить все вокруг…
– Вообще-то, у тебя иное прозвище, – не удержалась и оборвала его речь я, пытаясь подбодрить.
Он вскинул на меня глаза.
– Ледяной красавчик.
Диар на это ничего не сказал и по-прежнему не попытался сократить между нами расстояние.
