У тебя остались там родственники?
— Нет, — я опустила голову, уставившись на свои пальцы. Эль смотрел в окно. Мы разговаривали как чужие люди. — Нет. Отец умер от сердечного приступа десять лет назад, а мама в прошлом году от… Это был несчастный случай.
— Мне жаль.
От его дежурного тона сводило скулы. Кажется, сбывались самые худшие мои опасения. Он не хотел меня видеть. Я напоминала ему о плене, о пережитом унижении.
— Алайна, ты понимаешь, что тебе придется остаться в Ильмаре навсегда?
— Да, я умею складывать логические цепочки.
Он кивнул, упрямо вглядываясь в даль за оконным стеклом.
— Ничего страшного, — сказала я в попытке себя утешить. — В империи меня ничего не держало. Там сейчас начнется такая заварушка, что лучше быть оттуда подальше. К тебе вернулись воспоминания? — Вопрос вырвался сам собой. Ну не могла я больше поддерживать иллюзию непринужденной беседы!
Эль-Охтарон вздрогнул и ответил, тщательно подбирая слова:
— Целители моего народа помогли мне все вспомнить.
По его бледным скулам растекся яркий розовый румянец.
Мне было жизненно важно узнать, ненавидит меня теперь Эль-Охтарон или нет, но спросить не хватило духу.
Повисло напряженное молчание. Эльф снова нарушил его первым:
— Тебе сложно будет устроиться в новом мире, но я помогу. У меня есть деньги, связи. Мое положение в Ильмаре довольно высокое. Эльфийский народ относится к чужакам настороженно, с подозрением, но я приложу все усилия, чтобы ты влилась в наше общество.
Я покачала головой.
— Научу эльфийскому языку, — перечислял Охтарон, и его голос все сильнее дрожал, темные брови больше и больше сдвигались к переносице, образуя вертикальную складку. — Куплю дом. Помогу овладеть полезным навыком, чтобы ты работала и обеспечивала себя. А если не захочешь работать, у меня достаточно золота, чтобы ты ни в чем не нуждалась. — Он вдруг тяжело сглотнул и зажмурился. А потом добавил: — Найду тебе хорошего мужа. — На последних словах его голос дрогнул.
Меня будто ударили под дых. Мужа? Какого, к черту, мужа?
Кажется, я сказала это вслух. Нет, не кажется. Я не просто произнесла это вслух, голосом, а буквально выкрикнула, поднявшись из кресла и уперев руки в бока.
— Какой, к черту, муж? Зачем мне какой-то посторонний ушастый мужик! Мне ты нужен! Ты!
Мне было не пятнадцать лет, чтобы стыдливо молчать о своих чувствах в тряпочку. Я, взрослая женщина, решила пойти ва-банк.
