Я понимаю, почему вы готовы солгать, лишь бы как можно дольше затягивать это невыносимое положение…
– Как вы смеете! – завопил он.
Щеки старика налились кровью.
Джулия вздрогнула, обрадовавшись, что между ними стоит тяжелый письменный стол. Что на нее нашло и заставило оскорбить пэра королевства? Будь она мужчиной, дело обязательно закончилось бы дуэлью.
– Извините, – поспешно произнесла она, – с моей стороны это несколько неучтиво, но…
– Вы столь же непочтительны, как Ричард! До чего же вы похожи друг на друга…
Сравнение с Ричардом не особенно ей понравилось, но, похоже, ее извинения немного успокоили графа: тот лишь презрительно фыркнул.
Пожалуй, сейчас было самое время уйти, раз уж она снова позволила гневу управлять собой. Прежде Джулия готова была предложить графу деньги в последний раз, если его нельзя будет урезонить. Поверенные еще не вернули власть над капиталами в руки отца, но этот грубиян не заслуживал ни единого пенни, поскольку держался за брачный договор куда дольше, чем следовало.
– Я желала решить дело мирно… В любом случае все кончено, – заявила Джулия.
– Серьезно?
– Да. Я была готова исполнить свою часть этой мерзкой сделки, но Ричард категорически против. Он достаточно взрослый, чтобы отвечать за собственные решения, поэтому до алтаря дело не дойдет.
Граф презрительно фыркнул.
– Вы к алтарю даже не приближались, пока… но через семь месяцев…
– Простите, но через семь месяцев будет на четыре года дольше, чем следовало бы. Если вы немедленно не представите мне жениха, я больше не намерена ждать.
Я официально отказываюсь от каких-либо обязательств, связанных с брачным контрактом. Я приехала к вам из вежливости, чтобы сообщить, прежде, чем это станет известно широкой публике.
– Понятно, – ледяным тоном произнес граф. – Вы позволите вашему отцу, еще не до конца оправившемуся от болезни, столкнуться с подобного рода скандалом только потому, что не желаете подождать несколько месяцев до венчания?
– Отец уверил меня, что выдержит любой шторм, – сухо ответила Джулия.
Граф спрятал лицо в ладонях, а когда через мгновение убрал руки, в нем произошла разительная перемена. Даже в его голосе вдруг послышалось неподдельное сострадание."
"– Вы должны понимать, что отец говорит вам только то, что вы хотели бы услышать, ведь он любит вас. Но я почитаю своей обязанностью предупредить вас, ради вашего же блага, что случится, если вы разорвете помолвку. Это дурно скажется не только на вас и вашей семье.
