Телефон в очередной раз дает о себе знать. Принимаю звонок не глядя.
— Да, — рявкаю в трубку.
— Назар, ты где? — Динамик дрожит от недовольства Ника.
— Еду.
— Я жду тебя уже час!
— Да блядь, знаю я! — вызвериваюсь на него. — Еду, сказал же!
Сбрасываю звонок, завожу двигатель и резко стартую с места.
Глава 25. Назар
— Без опозданий нельзя было обойтись? — недовольно ворчит Николай, пока мы проходим досмотр.
— Не получилось, — сухо бросаю и ставлю подпись на бланке.
— Где был?
— В больнице.
Пресекаю дальнейшие расспросы и ухожу дальше по коридору.
Я пока не готов обсуждать эту тему. Ни с кем. Слишком много в ней неизвестных, как казалось. Мне надо подумать и еще раз все проанализировать. Но не здесь и не сейчас.
Возле неприметного здания курит пожилой мужчина в спецодежде. Киваю ему в знак приветствия и тоже достаю сигарету. Молчим и думаем каждый о своем. Пытаюсь настроиться. Меня ждет неприятная процедура, но я обязан ее пройти. Чтобы убедиться лично. Чтобы не осталось сомнений.
Мужчина выкидывает окурок в ведро и кивком приглашает меня войти.
Оглядываюсь в поисках Николая, но его нет нигде. Ладно. Придется одному. Выкидываю бычок и вхожу в помещение. Здесь холодно, мрачно и тихо. Как в морге — хотелось бы пошутить, но что-то совсем не до смеха.
Патологоанатом раздвигает для меня занавески из пленки и пропускает в помещение, где на столе лежит накрытое тело. Пульс невольно разгоняется, а ладони мгновенно становятся влажными. Жутковато. Нервно сглатываю и подхожу ближе.
По спине струится холодный пот, а на коже вздыбливаются волоски.
— Готов? — Скрипучий голос эхом отражается от стен и вызывает озноб.
Разве к такому можно подготовиться? Но все же киваю и сжимаю кулаки что есть силы. Пленка сползает с головы покойника, и я вижу лицо брата. Синее и искореженное, но обознаться невозможно. Это точно Сергей. К горлу подкатывает тошнота, и я вылетаю из помещения, едва не сбивая с ног Николая.
На улице жадно дышу и пытаюсь прийти в себя. Едва справляюсь с реакцией организма, но все же потряхивает изнутри.
Нехер вчера было пить, теперь веду себя, как кисейная барышня. Тру рукой горло и смотрю на свинцово-серое небо. Когда уже будет просветление. Блядь. Хреново как все вышло. Закуриваю сигарету и делаю несколько глубоких затяжек. Голова кружится, но мне становится легче.
— Ты как? — Рука друга, ободряюще опускается на плечо.
— Нормально, — выдыхаю вместе с очередной порцией дыма, а в груди гулко бухает сердце.
