А потом и вовсе выносит, как только его ладони накрывают мою попку, скользят вверх к пояснице, потом по рёбрам на спине и выше. До тех пор, пока мой одержимый Дьявол снова не накрывает меня собой и не ударяет звонким шлепком по ягодице, перед тем, как ещё шире раздвинуть мне ноги, пристроиться между ними и стянуть в кулаке над шеей мой растрёпанный хвост.
— Ну что… проверим, как ты меня не хочешь, маленькая лгунья?
Я всё-таки вскрикиваю. Не сдерживаюсь. Потому что… сколько не готовься к этому морально, всё равно не избежишь эффекта неожиданности, включая реакции собственного тела.
Особенно на резкое вторжение большого каменного члена в святая святых. Буквального удара по всем воспалённым точкам, как изнутри, так и снаружи, едва не одновременно. На всю длину, с шокирующим хлопком, а потом последующими. Нещадными, глубокими и быстрыми, растягивающими меня ритмичными фрикциями без какого-либо усилия и как по маслу. Мне даже кажется, что я именно чувствую, как теку. Как разгорается и растёт и без того неслабое возбуждение, но в этот раз именно от проникновений Маннерса.
От его умелых и точно выверенных толчков.
Всего несколько ударов и я, блядь… уже готова и хочу кончить! Я уже на подходе! Перед глазами всё плывет, в голове мутнеет, а внизу или во всём теле вскипает и нарастает всесметающая волна сладчайшей истомы.
— Это ты так меня не хочешь, да, Энн? Так не хочешь, что уже собираешься вот-вот… кончить? — он снова хрипит мне на ухо, снова тянет за волосы на себя, и меня снова накрывает с головой от каждой его манипуляции и грёбаного слова.
И я действительно едва не кончаю и не взрываюсь от усиленных им ударов. Но он вдруг резко выходит из меня, едва не на начальных секундах долгожданной кульминации. Отпускает и отходит.
Я от удивления и слишком явного разочарования едва не задохнулась, раскрыв от неверия рот и пытаясь поймать поплывшим взглядом отражение Маннерса в зеркале перед собой. Пытаясь понять, что же он задумал и что собирается дальше делать.
Хотя понять что-либо в таком состоянии, когда тебя трясёт и прикладывает острыми вспышками никуда не девшегося перевозбуждения…
— Ты и вправду думала, что я дам тебе так быстро кончить? После того, как собирался наказать? Нет, mon papillon. Это даже была не прелюдия. До неё мы только-только собираемся добраться…
Улавливать смысл сказанных им слов оказалось так же сложно, как и разгадывать его ближайшие намерения по его действиям.
