Еще не расстегнув пуговицы даже до середины, почувствовал его горячие ладони на своем теле, он провел ими по торсу, чуть вверх, сжимая мое тело в своих руках, лаская его, любя меня…
Целуя его губы, я не закрывал глаза. Смотрел на него, как и он на меня.
– Кристоф, – Белов невыносимо, мучительно прохрипел. – Скажи хоть что-нибудь.
– Я сюда не говорить пришел, – отрезал жестко, не хотел, чтобы он проник мне в душу. Только секс и больше ничего. Прощальный секс.
Сказал, но никак не ожидал того, что сделает Виктор.
Зарычав от злости, он ударил двумя ладонями по моей груди, безжалостно оттолкнув меня от себя.
– Тогда уезжай! Убирайся! Хотел уехать, уезжай, – чуть тише закончил ненормальный. – Мне твои подачки не нужны. Ты сказал, что я с тобой играюсь! Но на самом деле единственный, кто из нас играет, это ты, Кристоф. Твой отец был когда-то в твоей жизни, он что-то наболтал тебе, но ты применяешь это на человека, с которым он близко не был знаком! Ты прекрасно видишь, как я к тебе отношусь, но продолжаешь играть на моих чувствах.
Убирайся в свою Москву! В Стокгольм! Куда хочешь, туда и вали!
Он процедил это сквозь зубы. Зло. Свирепо. Так он говорил, когда порывался набить морду Левину.
Я поднялся с кровати, и лишь на мгновение задержав взгляд на Белове, на его разъяренных черных глазах, взял с тумбочки ключи и бросив короткое:
– Прости, – открыл дверь и вышел наружу.
Все. На этом все.
Не останавливаясь и нигде не задерживаясь, уехал в аэропорт. Не позволил себе ни на мгновение остановиться. По одной простой причине. Прекрасно знал, что стоит мне остановиться, и я сорвусь обратно. Снова наломаю дров. Вернусь в эти мучительные отношения, которые не приведут ни к чему.
Я улетел. Уже в самолете, взлетая над Оренбургом, смотрел вниз и дал себе волю вспомнить все, что было в эти дни. Весь тот ураган, который случился со мной с момента встречи с этим человеком.
Ведь, как странно. Мы познакомились на даче. Да. Потом я уехал. Но как… как я мог случайно попасть именно в «Блэкбургер»? В огромной Москве из всех мест, куда можно было бы устроиться, отправил письмо именно туда. Естественно, он узнал, о том, что я работал на него. И, судя по заторможенной реакции, далеко не сразу узнал. Но его и не было в Москве. Очевидно, ему сообщили обо мне, после моих значительных успехов.
