– вскричал вскочивший на ноги декан артефакторов, худой, длинноносый блондин с рыбьими глазами. – Мой адепт тоже не имеет никакого отношения к произошедшему. Посему, мы хотели бы покинуть это место…
– Ну и какое наказание мы назначим за подобную выходку? – обвел глазами ректор оставшихся, когда дверь за артефакторами и целительницами захлопнулась. – Может адепты сами хотят выбрать себе отработку?
– А зачем что-то специально придумывать. – преподаватель боевых искусств откинулся на своем стуле и хищно рассматривал стоящих перед ним адептов.
– Отдайте их мне на две недели предстоящих каникул, и я устрою им такую веселую жизнь, что они забудут, как без дела оружием размахивать.
– Тем более, как я понял, нападение было ввосьмером на двоих? Вот и посмотрим, как эти восемь смогут в одиночку работать с мечом против этих двоих. – магистр оскалил белоснежные зубы в довольной улыбке.
– Ректор, вы не имеете права лишать нас каникул. – возмутился стоявший ближе всех Селиус Вадорски, и нагло усмехнулся. – Иначе я пожалуюсь отцу…
– Пожалуешься отцу?! – ректор медленно встал из-за стола, подался вперед, опершись ладонями о стол, и равнодушно произнес:
– Адепт Вадорски, вы отчислены.
Куратор Рамериус, проследите, чтобы через час Селиус Вадорски покинул территорию академии. Приказ о его отчислении будет подписан через пятнадцать минут.
Обвел нечитаемым взглядом замерших адептов и побагровевшего Вадорски, и спросил:
– Кто-то еще желает пожаловаться папочке?
– Ну если нет, то на все время каникул вы поступаете в полное распоряжение магистра Крамстена.
А теперь вон из моего кабинета.
Перепуганные адепты потянулись на выход, стараясь не смотреть на бледного, кусающего губы Вадорски, которого крепко держал за плечо куратор.
Траттиана выходила последней. Она уже была в дверях, когда ее остановил ледяной голос:
– Аль-Таундсен, в мой кабинет. Живо…
***
Траттиана Аль-Таундсен
– Проходи.
Трой мягко подтолкнул меня внутрь, а сам остался в приемной, отдавая распоряжения секретарю.
Я прошла в кабинет и остановилась, оглядываясь. За две недели, прошедшие с моего прошлого появления здесь, помещение успело порядком измениться.
Темная, массивная мебель, которую обожал прежний декан, очень пожилой лорд Агивар, исчезла. Теперь в центре стоял широкий, светлого дерева стол, за ним удобное кресло с высокой спинкой. Вдоль одной стены выстроились узкие шкафы со стеклянными дверцами. Несколько стульев и кресел разместились полукругом рядом со столом.
