Потому-то и вывалил передо мною на стол уже готовый брачный контракт, по которому я становлюсь распорядителем четверти завода, а Березовская А. П. моей женой. Продать приданое дочери — новый уровень хитрожопости. А заодно и её саму, да подороже.
Алиса Березовская — красивая женщина. Молодая светская львица — яркая, умная, ухоженная. Такой союз мне только в плюс. Ну а жить ведь можно как и раньше жил. В конце концов, жена — не приговор, особенно когда это договорной брак о взаимной выгоде.
Под юбку Алисе многие залезть хотели бы, но она не славится тем, что это позволяет.
Это тоже в плюс.
Возможность поиметь такую бабу, как Алиса, да ещё и на законных основаниях, — приятная перспектива.
А любовь… Она-то тут при чём? Это бизнес, а у него свои правила. И любовь в них не прописана. Для меня это выгодный контракт, остальное — издержки. Возможно даже приятные.
Как бы там ни было, Алиса Березовская — достойный вариант для брака.
После негромкого стука дверь в кабинет прикрывается, и мягкой походкой входит Ева.
Моя кошка. Удобная женщина. Молчит, когда нужно молчать, послушная, умная. Но я потому и сравниваю её с кошкой, потому что во взгляде — огонь и обещание вспыхнуть, когда нужно.
Ева заходит сзади и кладёт руки мне на плечи, забирается пальцами под воротник рубашки, а я в кайфе прикрываю глаза. Она охрененно делает массаж.
— Ева, я женюсь.
Её пальцы, как раз только расстегнувшие мне воротник и пробравшиеся ниже под него к ключицам, замирают. Мне кажется, что в секунды даже становятся прохладнее.
— На дочке Березовского. Бизнес, Ева.
— Бизнес? — её голос ровный, но я чувствую напряжение. — И всё? Хочешь сказать, твоя жизнь не изменится?
— А почему она должна измениться?
Ева убирает руки и отходит на пару шагов, обхватывает себя за плечи. Она не из скандальных любительниц закатывать сцены, да и знает, что бесполезно это. Но новость её явно опечалила, иначе как ещё интерпретировать приглушённый вздох.
— Алиса Березовская не из тех женщин, которым изменяют, Стас.
— А я не из тех мужчин, которым можно указывать, что делать. И ты это знаешь, Ева, — разворачиваюсь к ней и смотрю в глаза, — этот брак мне выгоден. Он состоится. Ты это примешь, если хочешь и дальше быть со мной.
Она закусывает губы, глядя в сторону. Ну не собирается же плакать? Только не моя кошка, она этими глупостями не страдает. И действительно, Ева берёт себя в руки и снова смотрит на меня. Мягко улыбается.
— Хочу.
— Тогда иди сюда, — хлопаю по колену.
