– Вали отсюда, пока я тебе башку не проломил! – И тяжелая нунчака со свистом описала круг над самой головой настырного «кавказца».
Однако тот сделал какой-то неуловимый жест, и грозное оружие отлетело в угол, а охранник со стоном схватился за руку.
– Да я тебя, морда чеченская, живого в землю зарою… – прошипел он в следующую секунду и потянулся здоровой рукой за пазуху, где отчетливо просматривались контуры пистолета.
– Зачэм горячишься, друг! – «Кавказец» улыбнулся еще шире.
– Говорю же, я свой челавэк, к чэтырем тузам даму нэ прикупаю! Только прошу как друга, запомни, я – нэ чечен, я – мингрел!
– Что же сразу пароль не сказал? – недовольно скривился охранник, отступая в сторону и потирая ушибленную руку. – Я бы тебя сейчас запросто замочил и разбираться не стал…
– А ты мнэ дал сказать? – протянул «кавказец». – Ты такой горячий, прямо порох! Я же тебэ сказал, что свой челавэк, а ты сразу драться лэзешь! – И он прошел в заднее помещение кофейни.
Эта комната разительно отличалась от первого зала. Здесь мелькали хмурые бандитские лица, руки в синих наколках, звучал резкий хриплый смех и голоса с характерными уголовными интонациями. Между столиками сновали вульгарные, ярко накрашенные нетрезвые девицы с подозрительным блеском в глазах.
За одним из столов худой как скелет узкоплечий бандит с горящими безумными глазами не скрываясь высыпал на карманное зеркальце горку кокаина и втянул ее, заткнув пальцем одну ноздрю.
К вошедшему в помещение «кавказцу» тут же подлетела ярко размалеванная девица в мини-юбке и криво застегнутой блузке.
– Привет, красивый! – протянула она низким гнусавым голосом. – Что-то я тебя давно не видела! Угости девушку абсентом!
– Будэт тэбе и абсент-мабсент, и марафет-шмарафет! – ответил «кавказец», усаживаясь за свободный столик.
– Только попозже, когда я дэло свое сдэлаю. Мнэ, карасавица, челавэка одного встрэтить надо, у мэня для нэго разговор очэнь важный есть!
– Фу, какой ты скучный! – сморщилась девица, усаживаясь на колени к «кавказцу» и пытаясь незаметно обшарить его карманы.
