Он увидел на площади интересную сцену, которую непременно хотел досмотреть до конца.
Возле скромной машины Черепкова стояли двое самых натуральных бандитов. Один из них, широкоплечий двухметровый громила с бритым затылком, толстой золотой цепью на колоннообразной шее и лицом, лишенным малейшего проблеска интеллекта, облокотился на скромные бежевые «Жигули», отчего машина ощутимо накренилась на один борт, и меланхолично жевал резинку. Второй бандит, небольшого роста и подвижный, на фоне здоровенного напарника казавшийся особенно щуплым, пританцовывал рядом, поводя во все стороны острым крысиным носом, как будто к чему-то принюхиваясь.
Казалось, он и одной секунды не может простоять на одном месте.
Маркиз вспомнил, как Лола описывала ему двух бандитов, которые побывали в квартире убитого, что-то там разыскивая. Те двое, что стояли теперь возле машины Черепкова, очень подходили к этому описанию.
Сам Константин Черепков как раз вышел на площадь, по-прежнему двигаясь мелкими частыми шажками и уставившись в землю.
При виде его братки явно оживились. Громила оттолкнулся от машины и выпрямился, при этом несчастные «Жигули» горестно застонали, Крысеныш замер и сделал стойку. Черепков, видимо, что-то почувствовал и поднял глаза."
"Тут же его словно подменили.
Занудный зять Серафимы Петровны резко пригнулся и бросился бежать, как заправский легкоатлет. Он устремился в тихий переулок, отходивший влево от площади, петляя при этом на бегу, как заяц, – видимо, боялся, что бандиты будут стрелять.
Однако братки, видимо, хотели заполучить его живьем, или они не решились применять огнестрельное оружие в непосредственной близости к обители законодательной власти – во всяком случае, они бросились вдогонку за Черепковым. Щуплый Крысеныш показал отличную спортивную форму, а двухметровый мордоворот, как и следовало ожидать, сильно отставал, топая, как слон, и пыхтя, как разгоняющийся паровоз.
Черепков оглянулся на своих преследователей и юркнул в первую попавшуюся подворотню.
– Я этот двор знаю, – проговорил Маркиз, – он проходной. Подвези-ка меня к другому выходу, к Казанской!
Ухо, как всегда не задавая лишних вопросов, резко повернул руль и погнал «мерседес» на Казанскую улицу.
– Жди меня здесь! – крикнул Маркиз, выскочив из машины и устремившись в арку проходного двора.
Здесь он застал уже второе действие драмы.
