– Да, мама, – благоговейно ответил Макс, заглядывая матери в рот.
Кажется, он ради нее готов был на всё. И выглядел до того счастливым, что мое сердце снова сжалось. На этот раз от радости и благодарности Баженову за то, что согласился привезти бывшую жену. Это спасло нашего мальчика.
В этот момент я поняла, как устала и измоталась за время его болезни. Не физически, а морально. Пережитый стресс только сейчас дал о себе знать, когда я смогла расслабиться и передать ребенка в надежные руки матери.
– Алина, вы в порядке? – заметила момент моей слабости Елена.
– Сейчас – да, – улыбнулась я ей, – просто мы все очень сильно волновались за Максима. Вирусы в последнее время такие опасные.
– И не говорите! – покачала она головой.
Мы принялись обсуждать течение болезни Максима, уже в кухне с этой темы перешли на другие. Естественно, Елена хотела знать о своем сыне всё. Она жадно впитывала любую информацию о нем, каждая мелочь была ей интересна. Я невольно представила себя на ее месте, и мне стало жутко. Несмотря на радушие, в ее глазах плескалась затаенная боль, которую она не могла скрыть, как бы ни старалась.
Мать поймет мать, и я понимала Елену, испытывая к ней сочувствие.
Что бы она ни натворила в прошлом, кара оказалась слишком жестокой.
* * *Спустя пару дней Максим пошел на поправку и стало ясно, что болезнь окончательно отступила. Жизнь пошла своим чередом. Правда, распорядок моего дня изменился. Я практически не занималась воспитанником, поскольку с ним всё время проводила его родная мама.
Возник закономерный вопрос – а что я делаю в этом доме? За что мне платят заработную плату? И вообще, не лишняя ли я в жизни этих людей?
По сути, обо всем этом стоило поговорить с Сашей, но меня просто дрожь пробирала, как представляла, что завожу с ним разговор. Я избегала его. Не готова была снова сталкиваться с равнодушием.
Пожалуй, если бы не дети, которые хотели поиграть друг с другом, я бы и из комнаты по минимуму выходила. Аня сразу же побежала к Максиму в комнату, едва мы приехали из детского сада.
Уж очень хотела с ним увидеться. Дверь в его комнату была открыта. Елена сидела рядом с ребенком на ковре, между ними были расставлены разноцветные машинки. От этой картины веяло семейной идиллией.
– Аня! – обрадовался Максим, увидев сестренку в дверях. – Привет! Я выздоровел. Пойдем играть?
– Мам, мозно? – спросила она у меня, боязливо глядя на нового человека в доме.
– Иди-иди, – позвала ее Елена и поднялась с колен, обратив на меня внимание.
