Строго смотрю на воспитателя и цежу:
— Какое право вы имеете так говорить о ребенке? Зачем хаете Веронику? Я спрашивал вашего мнения о ней? Нет, не спрашивал. Я просто просил показать…
В этот момент мы оба слышим отчаянный визг.
Это пищит мальчишка на лошадке.
— Вот она, смотрите… — машет в его сторону воспитатель.
Тут я вправду вижу девчонку с двумя хвостиками из русых кудряшек. Она прячется за лошадку и одновременно с этим тянется к пацану.
— Что она делает? — поначалу даже не понимаю.
— Стаскивает Коленьку на пол, — пожимает плечами воспитатель.
Приглядываюсь и понимаю, что так и есть. Худенькая карапетка с маниакальным упорством тянет его за руку и таки стаскивает с лошади. Но на этом не успокаивается, забирает у него молоток. Рыдающий пацан бежит к воспитателю.
— Вот она, ваша Вероника, — хмыкает она и берет на руки пацана.
Я наблюдаю за тем, как карапетка с победным видом взбирается на игрушечную лошадку, важно постукивает по ней молоточком.
— Девочка, может, и не виновата… — нехотя подмечает воспитатель.
— В такой среде росла. Она не так давно у нас, прибыла из расформированного дома малютки. Не знаю, как там воспитывали детей, но она неуправляемая, абсолютно неуправляемая! Дерется, кусается, огрызается, как волчонок…
Слушаю ее вполуха, а сам во все глаза смотрю на девчонку.
Она поглядывает на нас с любопытством.
И я… Вижу в ее лице черты Майи — ее губы, разрез глаз. Зато брови у малышки мои — широкие, кустистые. Ресницы длиннющие, завернутые, как у мамы, осанка горделивая — глаз не отвести.
А то, что Вероника шкодит, дерется и кусается, так я то же самое делал. Отметился зубами на каждом, кого достал. И дрался постоянно. А как филигранно огрызался… Особенно когда повзрослел и научился материться. За все это моя жопа была бита не один десяток раз.
Да, при таком раскладе ДНК-тест нам явно без надобности.
По внешнему виду и характеру видно — наша дочь.
Хорошенькая, как Майя, вредная, как я.
Неужели я вправду нашел нашу дочку!
Шумно выдыхаю, испытывая дикое облегчение и в то же время радость.
Аж сердце поет.
Вспоминаю про пакет со сладостями, который Майя посоветовала взять с собой.
Достаю из пакета упаковку леденцов.
— Можно, дам? Они без сахара, на натуральном соке.
Не то чтобы я был особым знатоком сладостей, опять же Майя помогла с выбором.
— Давайте, — пожимает плечами воспитатель.
— Малыши, хотите конфет? — предлагаю им.
Они кричат, что хотят, и подбегают ко мне.
