Он ради своей дочки все это делает, а не ради чьей-то там! В то же время выставляет все это так, будто делает великое одолжение лично мне…
Все, чего сейчас хочу, — это крикнуть ему: «Очнись, Артем! Она твоя, и фальшивый результат ДНК-теста этого не изменит!»
Однако я понимаю, что единственное, чего добьюсь, — это очередного скандала. Ведь мы ругались так уже не раз.
К тому же я до дрожи в коленях боюсь, что он как возьмет, как передумает…
Поэтому ничего ему не говорю, молча терплю, когда он кладет руки мне на талию.
Артем придвигает меня к себе, наклоняется и целует в живот.
Вроде бы ничего плохого не делает, а мне так горячо, как будто он не губами ко мне прикасается, а каленым железом.
Все же не могу молча терпеть все то, что он собирается со мной сделать, задаю ему очень важный вопрос:
— Как долго ты хочешь, чтобы это длилось?
— Что ты имеешь в виду, Майя? — спрашивает он.
— Как долго ты хочешь продолжать спать со мной?
Мой вопрос явно ставит его в тупик, хотя я и не понимаю почему. Он ведь все меряет какими-то мерками: деньгами, степенью того, насколько я ему должна, по его мнению, потраченным на меня временем.
Так почему бы не выставить временные рамки для постельных дел?
— Когда ты мне станешь неинтересна, я сообщу, — хмуро басит он. — А теперь хватит разговоров.
С этими словами он подается вперед и снова целует мой живот, потом хватает за талию и заставляет сесть к нему на колени. При этом я оказываюсь к нему передом, с раздвинутыми ногами, полностью для него открытая.
Он прижимает меня к себе таким образом, что я невольно трусь промежностью об его восставший бугор. А между ног у меня еще с прошлого раза все чуть набухшее, до безумия чувствительное.
Невольно охаю, когда он с видимым удовольствием снова трется об меня своим достоинством.
— Обалдеть, как сексуально ты стонешь, — говорит он, ловя мои губы для поцелуя.
Очень скоро Артем подхватывает меня под ягодицы. Я даже взвизгнуть не успеваю, как он поднимает меня и несет прямиком в спальню.
В буквальном смысле кидает на кровать.
"
"Приземляюсь на мягкий матрац и спешу залезть подальше, невольно прикрываю наготу собственным халатом, который чудом остался на плечах.
Артем не теряет времени даром.
В следующие секунды я наблюдаю за тем, как он раздевается. Через голову стягивает с себя свитер, гремит пряжкой ремня, расстегивает его, стаскивает джинсы, отшвыривает в сторону трусы.
Он встает передо мной абсолютно голый, при этом не испытывает и тени смущения.
