"
"Сегодня я счищаю кончиком лезвия застывший воск с ее промежности. Под ее постанывания и страх, под дрожь ее тела. И самое кайфовое случается, когда Ксюша сама, без приказов, раздвигает ноги шире, почувствовав край клинка у входа в свое влагалище. Словно приглашает проникнуть в нее.
Морозное электричество шарашит по моим нервам сухими разрядами. Как оргазм без спермы. Яркий, крышесносный, до дрожи рук.
Эта девчонка сводит меня с ума!
Но сегодня ночью у меня противоположная задача. Свести с ума ее.
И я отхожу. На рукавах рубашки красные полосы от ее крови, размазанной по груди.
Но мой друг пока отправляется обратно в шкатулку, а я заменяю кожаные перчатки на латексные.
– Сядь, – говорю я. И помогаю Ксюше, тело которой затекло, выпрямиться и спустить ноги со стола. Теперь мы смотримся как доктор с пациенткой. Она смотрит на меня с недоумением, а я достаю из коробки ленту с одноразовыми иглами.
– Тебя ждет новая боль, – говорю я и медленно улыбаюсь.
– Олег… – ее голос хриплый, а взгляд не отрывается от моих рук, открывающих бутылочку со спиртом, смачивающих тампон, протирающих ее грудь.
Сначала от крови, а потом ради стерильности. Резкий медицинский запах сразу настраивает на нужный лад. – Может, не надо…
– Ты обещала вытерпеть все, – говорю я и наклоняюсь, чтобы поцеловать ее в лоб. Ксюша хватается за мое плечо. – Иглы одна из распространенных практик. Хочешь быть девушкой садиста, придется привыкнуть.
Я знаю, что она не привыкнет. В этом и соль игры. Распаковываю иглу. Она очень тонкая.
Боли почти не будет. Крови будет крошечная капля. Но я хочу увидеть, как она реагирует.
– Пожалуйста, давай отложим? – В ее голосе страх. – В другой раз.
– Другого раза не будет, милая… – улыбаюсь я, одной рукой поглаживая ее по щеке, а в другой держа иглу. Закрой рот и терпи.
Ксюша начинает плакать. Она смотрит на то, как я глажу пальцами кожу возле ее соска, собираю ее в складку и примериваюсь иглой, и натурально рыдает.
– Прошу тебя… Олег, прошу тебя. Выпори меня! Лучше выпори! Или нож! Не надо…
Игла в сантиметре от ее груди, и мне нравится видеть панику на ее лице.
– Одну, Ксюш, – уговариваю я ее, видя, как она покрывается холодным потом. – Ты была хорошей девочкой, поэтому одну и свободна.
– Нет! – Она вскрикивает в момент касания. – Нет! Не могу! Нет! Хватит! Прекрати! Что угодно взамен! Что угодно!
Она отшатывается, пытается сбежать, но я удерживаю ее за плечо.
Дожидаюсь, пока она поймает мой взгляд. Откладываю иглу и медленно снимаю перчатки.
