Вот до чего хорошо ты играла. Ты слушала его во время исполнения?
– Спасибо. Да. – Она смущенно краснеет.
– Тебе следует выступать на сцене. Какие цвета ты видела?
– В музыке? – уточняет Алессия и в ответ на мой кивок с энтузиазмом заявляет: – Там была целая радуга, много разных цветов… – Она разводит руками, словно желая жестами показать всю палитру увиденного. – Это как…
– Калейдоскоп?
– Да. – Она горячо кивает и широко улыбается.
Наверное, на албанском это слово звучит так же.
– Чего и следовало ожидать.
Я люблю эту композицию, – признаюсь я и мысленно добавляю: «И люблю тебя».
Я подхожу к Алессии и целую в губы.
– Меня восхищает ваш талант, мисс Демачи.
Она встает и обнимает меня за шею. Я закутываю нас обоих в накинутое на плечи покрывало.
– А меня восхищаете вы, мистер Максим. – Скользнув пальцами по моей шее, она наклоняет мою голову к себе для поцелуя.
«Не может быть! Я опять хочу ее…»
Высокая и гордая, она двигается вверх-вниз, уже гораздо грациозней. Изумительное зрелище.
Алессия не сводит с меня глаз, чертовски сексуальная в осознании своей власти надо мной. Мое наслаждение нарастает. Наклонившись надо мной, она переплетает наши пальцы, сжимает руки и целует меня. Влажный, теплый, требовательный поцелуй…
– Моя красавица… – стону я, находясь уже на грани.
Выпрямившись, она запрокидывает голову и кончает, выкрикивая мое имя.
«Черт! Больше я не вытерплю…»
Перестав сдерживаться, я кончаю.
Открыв глаза, я наталкиваюсь на ее восхищенный взгляд.
Они лежат на полу гостиной, рядом с пианино. Алессия распростерта на Максиме; ее сердце начинает биться спокойней, дыхание восстанавливается, но она дрожит от холода."
"Максим накидывает на девушку покрывало.
– Ты меня заездила. – Стягивая презерватив, он вздрагивает, однако улыбается ей.
– Мне нравится. И нравится смотреть на тебя сверху.
– А мне нравится наблюдать за тобой снизу.
Алессия чувствует себя могущественной, когда видит, как он кончает. Головокружительное ощущение неведомой ранее власти над мужчиной.
Однажды она соберется с духом и коснется его везде…
– Ты невероятная. – Он нежно отводит волосы с ее лица.
Кажется, Максим вот-вот скажет что-то еще, но вместо этого лишь улыбается.
– Есть хочется.
– Я накормлю тебя.
Алессия собирается встать, он ее удерживает.
– Не ходи. С тобой теплее. Надо было разжечь камин.
Максим целует ее в щеку, и девушка прижимается к нему, охваченная невозможным, невероятным умиротворением.
