Что стало с Блерианой, Влорой, Дориной и другими девушками?
«Пожалуйста, хоть бы они спаслись».
Блериане, самой младшей, было всего семнадцать лет.
Алессия вздрагивает. В машине звучит песня о том, как жить в цепях страха. Живот сводит судорогой. Она так давно живет в страхе… Слезы снова подступают к ее глазам и катятся по лицу.
Часов в десять вечера мы сворачиваем с шоссе М5 к заправочной станции. Я проголодался, хоть Магда и угостила меня еще в Брентфорде сэндвичем с сыром. Алессия спит. Я жду, не проснется ли она теперь, когда машина остановилась.
В свете галогеновых фонарей на парковке девушка безмятежна и невероятно прекрасна – округлые нежные щеки, темные ресницы, лежащие веером, одинокий локон, выбившийся из косы и завивающийся колечком под подбородком… Жаль ее будить, однако оставить Алессию одну в машине я не могу.
– Алессия… – Я шепчу имя, как молитву.
Она вздрагивает и просыпается, широко раскрыв глаза и лихорадочно оглядываясь. Когда наши взгляды встречаются, она замирает.
– Привет, это я.
Ты уснула в машине. Я остановился перекусить и заглянуть в туалет. Пойдешь со мной?
Она несколько раз моргает, длинные ресницы трепещут, будто крылья бабочки, над затуманенными глазами.
«Она великолепна».
Потирая щеки, Алессия оглядывает стоянку и внезапно съеживается на сиденье, в страхе вертя головой.
– Пожалуйста, Мистер, не оставляйте меня здесь!
– Я и не собирался. А что случилось?
Побледнев, девушка трясет головой.
– Идем, – приглашаю я.
Выбравшись из машины, она бросается ко мне чуть ли не бегом, встревоженно оглядывая окрестности.
«Да что случилось?»
Я предлагаю ей руку, и девушка хватается за нее, как за спасательный круг. А потом, к моему удивлению и радости, берет меня под руку и прижимается ко мне.
– Совсем недавно ты обращалась ко мне «Максим», – напоминаю я в надежде, что Алессия улыбнется. – Мне гораздо больше нравится, когда ты зовешь меня по имени, а не безликим «Мистер».
Она искоса смотрит на меня и послушно шепчет:
– Максим.
И снова оглядывается.
– Алессия, ты со мной, все в порядке.
Девушка мне явно не доверяет.
Выпустив ее руку, я останавливаюсь и обнимаю Алессию за плечи.
– Что происходит? Пожалуйста, скажи мне.
Выражение ее лица меняется. Глаза округляются в страхе, блекнут.
– Скажи, – настойчиво прошу я, глядя, как смешиваются в морозном воздухе облачка нашего дыхания.
– Я убежала, – шепчет она.
«Черт!»
Вот оно, продолжение истории. И выслушать ее мне придется на автозаправке возле шоссе М5.
