Следом за ней с невнятными подвываниями бегут три полупрозрачных мужика, а в углу матерится сразу на нескольких языках некромант и пытается накинуть магические сети на чрезмерно подвижных призраков.
— Да твою ж маму, Арина! — заорал Мортем, забыв про конспирацию.
— Не смей поминать мою мать! — взвизгнула я.
— Тела! Арина! Тела! — надрывался потерявший всю свою джентльменскую невозмутимость англичанин.
— Ша! — заорала я как резаная и резко затормозила. Призраки так быстро сориентироваться и остановиться не успели, а потому по инерции проскользили вперед.
— Прокляну посмертно, и до скончания веков будете у меня скитаться неприкаянными! Тела где, уроды?!"
"Далее последовала моя эмоциональная речь на великом и могучем языке, понятном всем грузчикам, строителям и многим другим.
— Дык… Чё сразу не спросила-то? — поинтересовался крендель с болгаркой и выключил ее.
Мою реплику переводить на культурный язык я не буду. Ибо была она крайне выразительной и очень матерной. Изящная словесность, она вообще крайне богата…
— В бетоне, — почесал затылок монтировкой второй мужик.
— Там, — добавил третий и указал молотком на чан с застывшим бетоном, который по непонятной причине стоял здесь же.
Я от избытка чувств еще раз выругалась и решительно направилась к выходу из этого кошмара.
— А как же тела? — робко позвал меня идиот с болгаркой. — Похоронить бы нас по-людски…
— Да я еще на могилке вашей станцую! — вызверилась я. — Напугали, сволочи!
Глава 14
Мортема я ждала, сидя на подоконнике в коридоре и болтая ногами в безнадежно испорченных кедах.
— Ты совершенно чокнутая, — сообщил мне уставший некромант, когда закончил свои магические дела и вышел ко мне.
— Зато какая нарядная, — буркнула я, обводя себя рукой. Ноги грязные, платье припорошено побелкой, про волосы даже думать не хочу.
Теодор посмотрел на меня и хрюкнул. Потом еще раз и в итоге заржал в голос. От избытка чувств сначала ударила его по плечу, но этот импортный гад так заразительно хохотал, что я не выдержала и присоединилась.
Артём с Павлом приехали первыми. Теодор им что-то втолковывал, а я лезть в разбирательство отказалась, заявив, что дождусь тут, потому как сыта по горло сегодняшним выходом в свет и культурной жизнью. Пашка мне кивнул и пошел в помещение с забетонированными трупами, Артём принялся куда-то звонить.
Ну а Мортем, освободившись, подошел ко мне.
— Поедем? — предложил он мне руку, чтобы помочь слезть с подоконника. — Я отвезу тебя.
