К величайшему сожалению, Мортем-старший не смог прилететь раньше по причинам непреодолимой силы. Но он звонил и даже успел со мной поговорить по телефону. Мистер Эдмонд поздравил нас с Теодором, поудивлялся нашей поспешности, извинился за опоздание, но заверил, что к ужину-то уж точно приедет непосредственно в ресторан, чтобы познакомиться с невесткой и поздравить сына со свадьбой.
Я спросила потом у Теодора, чем же таким занимается его отец, что не смог отменить дела и прилететь на свадьбу единственного отпрыска? Оказалось, Эдмонд Мортем тоже практикующий некромант, состоит в Совете магов Великобритании, участвует в заседаниях и прочая, и прочая…
Впрочем, я отвлеклась.
Свадьба шла своим ходом. Тосты, поздравления, конкурсы, веселье…
Давно стемнело, ясная лунная ночь царила за окнами хорошо освещенного банкетного зала, в котором мы отмечали радостное событие. А меня начала грызть тревога.
— Тео, — наклонилась я к уху сидящего рядом со мной мужа, — а что с вашим расследованием? Вам удалось выяснить, кто был тот маг, который организовывал все эти ритуальные убийства? А то ты мне ничего не рассказываешь…
— Нет, — с досадой покачал головой Мортем и поцеловал мне пальцы.
— Но мы определенно нарушили его планы. Все точки на пентаграмме обезврежены, его амулеты, собиравшие силу, найдены и ликвидированы. Финальное жертвоприношение проводится в полнолуние, но сегодня этого опасаться не стоит. Ему нужно время, чтобы заново напитать силой начерченные им линии пентаграмм.
— Да? — с сомнением уточнила я.
— Как-то мне неспокойно. Сама не пойму, что тревожит.
— Не волнуйся, Арина. Никто в ВУСВОМе не в курсе, что мы знаем о свитке, а значит, у того безумца нет причин спешить. Он попробует сделать всё заново. Просто побоится, что ритуал не сработает как нужно. Ну, точнее, я бы побоялся. Может ведь отдачей от неверного хода обряда так огреть, что от него самого ничего не останется.
М-да. Ты-то, перфекционист, иностранец и дипломированный маг, может, и побоишься.
Но почему все забывают про русское «авось»? Я вот не удивилась бы, если б этот ненормальный убийца понадеялся именно на него. Мы раздолбаи и разгильдяи в душе, и никакое «окно в Европу», прорубленное Петром Первым, нас от этого не избавляет. Скорее уж все, кто имел счастье пожить среди нас, перенимают эти качества.
Я перевела взгляд на улыбающегося Артёма Зотова, переговаривающегося с Ириной, ведьмой с проходной главного здания совета. Их мы тоже позвали.
