— Я…
— Арина, ну почему место не приготовили? — В этот момент на пороге комнаты возник Вася с подносом, на котором стояли мисочки с мороженым. — Куда ставить?
— Вась, поднос на журнальный столик, а там каждый себе возьмет свою порцию сам. А приборы и салфетки?
— Ложки несет Енька, салфетки — Белла.
Поздним вечером приехал Пашка и с порога заявил:
— Арина, пельмешек твоих чудесных хочу! Много! Целый день не жрамши носился по городу. А Мортем не помер? Где он?
— Вась, сваришь пельменей? — повернула я голову к домовому.
— Мортем в гостиной, отлеживается.
Мне Павел не ответил, разулся и пошагал прямиком к некроманту.
— Привет, мистер, — весело поздоровался он с порога комнаты. — Оклемался? О, смотрю, Арина тебя вернула к жизни, а то ты вчера на протухшего зомби был похож. Я привез твои побрякушки. Забирай, а то я их боюсь.
Под моим удивленным взглядом Пашка открыл маленькую сумку, которую держал в руках, и высыпал прямо на постель кучку амулетов и артефактов.
— Жуткие они у тебя, Теодор. Всю ночь светились, гудели…
У меня взлетели брови.
Это как так? Амулеты сами по себе светились и гудели? А так разве бывает? Нет, то, что чужие магические вещи никому брать в руки не стоит, это ясно. Может так шандарахнуть, что даже пепла не останется. Но все же странно…
— Спасибо, что сберег, Павел, — пожал магу руку англичанин и подгреб амулеты к себе.
— Сберег… — фыркнул мой коллега. — Да на них даже смотреть страшно было. Чувство такое, словно я сидел на бомбе. Может взорваться, а может и не взорваться… Если б не твои слова, что ты случайно можешь убить Арину, будучи не в себе, я бы их ни за что не принял на хранение.
Я поежилась, подумав о том, что не зря мы вчера перебинтовали Теодору пальцы и заткнули рот. Он ведь и без амулетов мог нас всех упокоить и даже не понять этого.
— О, Аринка, — оглядел комнату Пашка. — Это ты молодец, что карту и доску купила. Мортем, ты уже отметил на ней места, где находил трупы? И какие выводы? Ва-ась! — тут же переключился он на другое. — Вася-я-я, пожрать дай хоть что-нибудь, пока жду пельмени.
Не могу уже… Арин, ты завтра в салоне будешь, да? Там Вольфгангович сегодня злобствовал, с твоим третьим бывшим по телефону ругался.
— И?
— Пока не знаю. Так что насчет карты?
— У Теодора постельный режим, — сообщила я. — Ты сам пока прицепи карту.
Оставив мужчин, я ушла. Пусть работают, а я не хочу во все это лезть. У меня другая задача, и это несказанно радует. Я не маг, не следователь, не некромант… И так помогаю чем могу.
