Я попытался говорить мягче, сделать так, чтобы он не чувствовал себя таким глупцом.
– И она остановилась на тебе. У тебя, как и у кошки, не было выбора. Ты связан с женщиной-кошкой, а не с кошкой. И женщина поступила с тобой так вовсе не потому, что любит тебя. Ей и на кошку наплевать. Кто-то придумал очень хитрый и коварный план, а тебя использовали в качестве средства для достижения цели – инструмента Полукровок.
– Я тебе не верю! – воскликнул он. – Ты лжец! – Но тут его голос дрогнул.
Я видел, как мучительно вздымается его грудь.
Я почти ощутил, как мой приказ не дает ему вновь напасть на меня. Некоторое время я ничего не отвечал. Убедившись, что принц взял себя в руки, я негромко проговорил:
– Ты назвал меня ублюдком, вором, а теперь еще и лжецом. Принц должен с осторожностью произносить подобные слова, если только он не рассчитывает, что его защищает титул. Вот предупреждение для тебя: если ты будешь прятаться за титулом принца, оскорбляя меня, я назову тебя трусом. Но в следующий раз твое происхождение не остановит мой кулак.
Я смотрел ему в глаза, пока он не отвернулся – волчонок, съежившийся от страха перед матерым волком. Я понизил голос, заставив принца вслушиваться в каждое мое слово:"
"– Ты неглуп, Дьютифул. И прекрасно понимаешь, что я не лгу. Она мертва, а тебя используют. Ты не хочешь, чтобы это оказалось правдой, но это не повод не верить мне. Вероятно, ты молишься, чтобы мои слова оказались ложью или заблуждением. Не надейся. Добавить могу лишь одно: ты ни в чем не виноват.
Кто-то должен был тебя защитить и рассказать тебе о Древней Крови, когда ты был еще ребенком.
Наверное, добавил я про себя, этим человеком должен был стать я – тот, кто познакомил его с Даром через сны Силы, когда ему исполнилось четыре года.
Довольно долго мы шли молча. Я не спускал глаз с топляка, который выбрал в качестве ориентира, когда взобрался на вершину утеса. Невозможно предсказать, когда я смогу вернуться за Дьютифулом. Сможет ли он позаботиться о себе? Сокровища в нишах тревожили меня.
Такое богатство должно кому-то принадлежать, и хозяину может не понравиться, если он обнаружит чужака на побережье. Однако я не мог взять мальчишку с собой. Он будет мне мешать. К тому же ему полезно побыть в одиночестве, решил я. Но что с ним станет, если я погибну, пытаясь спасти Шута и Ночного Волка? Ну, в таком случае Полукровки все равно не получат принца.
Я стиснул зубы, оставив мрачные мысли при себе.