– И вы не представляете насколько. В течение той недели меня видели сначала в баре «Одинокий причал» на краю города, где в основном собираются люди, связанные с контрабандой, а я якобы пытался купить там медленнодействующий яд. Потом вечером в парке, где я будто бы рыдал на плече незнакомого человека, рассказывая о своей любви к Алании и выкрикивая угрозы в адрес Марека. Но я не был ни в одном из этих мест.
– Уверены? – уже с интересом посмотрел на него Крендель.
– Ну, если только я мог раздвоиться, – безучастно ответил Джереми.
– Подождите, – Тимур сдвинул брови, – у нас есть две совершенно разные версии одной и той же истории, я правильно понимаю?
– Не просто разные, а кардинально противоположные, – хмыкнул Крендель.
– Я хочу знать правду, – твёрдо сказал Джереми. – Для меня это очень важно, не могу я с этим жить… с кровью Марека на руках.
– Но всё же очень просто: у вас есть свидетели, почему полиция их не допросила? – удивился Тимур.
– Они исчезли.
– Как?
– Вот так. Оказалось, что того ресторана в Амальгаме вообще никогда не было.
На празднике меня никто не запомнил – столько народу, неудивительно. Квартиру Дайсоны не снимали. И регистрацию пара с такой фамилией в Астральной башне не проходила. Понимаете? Их в природе не существует!
– Что-то я запутался, – недоумённо посмотрел на Джереми Тимур. – Так вы встречались с ними или нет?
– Встречался.
– А полиция утверждает, что ваша история просто выдумка, – сощурился Крендель. – Помню это дело. Оно очень заинтересовало Агату.
– Тем более мы берёмся за него, – решительно произнёс Тимур. – Где найти мужчину, у которого вы рыдали на плече?
– Не знаю, – Джереми вздохнул и устало потёр глаза.
– Тогда мы посетим места, где вы бывали с Дайсонами, – уверенно заявил Тимур.
– Конечно! – Джереми подскочил, не скрывая радости. – Куда сначала?
– Туда, где жили ваши новые друзья."
"Квартира, которую снимали Дайсоны, находилась далеко от аллеи Серебристых каштанов, но они всё же решили прогуляться пешком.
Стоял прекрасный солнечный день, лёгкий ветер гнал по небу облака, похожие на перья гигантской птицы. Тимур в очередной раз радовался, что в Амальгаме всегда лето: ни промозглых дождей, ни осенней сырости, ни морозной стужи.
Жёлтый двухэтажный дом ничем не выделялся среди остальных – цветочные кашпо на балконах и буйная зелень вдоль изгороди. Дверь в квартиру на первом этаже открыла миловидная женщина лет пятидесяти в тёмно-синем халате.
