"
"Только войдя в ее владения, Лебедев выразил бурный восторг флотскому антуражу, заявил, что с детства мечтал быть моряком, чему помешал проклятый университет, но душа у него морская, открытая всем ветрам. После чего упал на колено и нежно поцеловал шершавую старческую ручку. В общем, он умел быть душкой, когда хотел.
Про Ванзарова окончательно забыли. Что было не так уж плохо. Не надо просить разрешения, чтобы великий криминалист с телескопом остался в гостях.
Ощутив власть над горничной и мадам Пират, Лебедев стал распоряжаться.
Чтобы установить телескоп, ему потребовалось сдвинуть капитанский мостик. На что мадам Рейсторм согласилась без возражений. И даже сошла с капитанского кресла. Телескоп был установлен на статив, Аполлон Григорьевич навел резкость и пригласил Ванзарова взглянуть. Даже через два оконных стекла гостиная была как на ладони. Темнота сеанса не могла помешать отличному зрению криминалиста. Тем более он собирался распахнуть створку окна.
– Мерзавца Иошку поймал? – спросила мадам, не повернув головы к Ванзарову, зато с умилением наблюдая, как Лебедев наводит свои порядки.
– Пристав усиленно занимается розыском, – ответил Ванзаров.
– Ну, этот дурень у себя под носом кита не заметит… А ты, юнга, помни: Иошка хитрый, обведет кого хочешь вокруг пальца…
– Вот-вот, будьте бдительны… юнга, – сказал Лебедев, смакуя новый чин чиновника сыска.
Ванзарову оставалось не обращать внимания. Он попросил криминалиста оторваться от телескопа и вынырнуть из волн любви мадам Рейсторм.
Аполлон Григорьевич подошел с физиономией, отравленной ехидством.
– Подарю вам на Рождество матросочку, будете в ней на приемах в Департаменте полиции щеголять, произведете фурор, мой милый юнга…
– Вы будете просматривать практически весь стол, – ответил Ванзаров мужественно.
– Есть шанс, что кто-то еще пустит пулю в висок?
– Шансы невелики.
– И на том спасибо. – Лебедев приобнял Ванзарова за плечи. – А то я уж подумал, что вечер обещает быть скучным: опять новый труп.
Судя по тому, какие взгляды бросала мадемуазель Нинель, скучать криминалисту не придется. Чего Ванзаров немного не учел.
– Ваша задача: наблюдать, – сказал он, – пока не дам сигнал…
Аполлон Григорьевич коснулся виска сжатой ладонью.
– Не извольте беспокоиться, ваше благородие… Исполним в лучшем виде… Вот только поясните, друг мой: если, поперек вашим расчетам, господин Иртемьев возьмет и заявится домой?
– Курочкин перехватит. А на черной лестнице – его филер.
