Ледяная глыба, свалившись, проломила им головы и раскололась на обломки. Кровь замерзла в ледяных осколках. Только криминалист мог относиться к подобному зрелищу с научным интересом. А вот нервишки пристава оказались слабоваты: ему стало дурно, чуть в обморок не упал.
– Полагаю, друг мой, вы тут уже все обшарили, – сказал Лебедев, раскрывая походный саквояж. – Не мешайтесь, и так тесно…
Вильчевский держался у двери кухни, не в силах заставить себя подойти ближе к кладовке.
– Я этого негодяя из-под земли достану! – Пристав погрозил Ванзарову армейским кулаком.
– Наверняка прячется у кого-то из своих дружков-спиритов… Всех найдем…
Вильчевский уже забыл, что час назад считал поступок чиновника сыска откровенной глупостью. Ну зачем поминать неприятное…
– Обещаю тебе, Родион, лично займусь и разыщу подлеца…
В этих способностях пристава Ванзаров не сомневался.
– Мы с вами совершили большую ошибку, Петр Людвигович, – сказал он, чтобы пристав не чувствовал себя одиноким.
– Так кто ж знал, что он на такое способен!
– Мы его спугнули…
Вильчевский не понял, когда он успел.
– Иртемьев вышел из дома, уверенный, что никому не придет в голову искать горничных в его кладовке, – продолжил Ванзаров. – Хотя наш уважаемый Курочкин не заметил, когда объект наблюдения вышел, полагаю, что прошло не менее трех часов с его ухода… Общаться с друзьями он сегодня не будет…
– Почему?
– Не то настроение, – ответил Ванзаров, чтобы не усложнять логическими подробностями или историями про утренние скандалы.
– Заглядывать к родственнице первой жены тоже не собирался: мадам Рейсторм его терпеть не может…
– Та еще ведьма, мадам Пират! – согласился Вильчевский.
– Значит, вышел прогуляться или…
Пристав помрачнел.
– Еще кого-то убить?
– Спрятать в более надежное место то, что хранил в кладовой…
– Сундук с деньгами и драгоценностями?
– Нечто ценное для него, – уклончиво сказал Ванзаров.
– А чего это он так вдруг испугался? Сам же говоришь: был уверен, что про горничных не догадаются…
Нельзя было не признать, что причиной, скорее всего, стал визит сыскной полиции.
– Иртемьев умный и осторожный волк, – сказал Ванзаров, чтобы приставу стало яснее. – Только почуяв опасность, решил принять меры.
Вильчевский покачал головой: дескать, вот теперь все прояснилось окончательно.
– А как же его спугнули?
– Думаю, возвращаясь, он заметил у дома городового… Заподозрил неладное. Перешел на другую сторону канала, увидел в окнах свет и все понял.
