— Хватит, — позади мен раздается раскатистый голос. — Отпусти ее.
Десмонд.
Я замираю, ощущая его свирепый взгляд на затылке. Кэш резко смотрит за мою спину и после этого отпускает меня. Я мигом перебираюсь на другой конец сиденья, успев заметить на его нижней губе кровь. Приятное чувство отмщения накрывает меня. Я все-таки смогла нанести хоть какой-то урон этому засранцу.
— Где телефон? — спрашивает Десмонда Кэш.
Я перевожу взгляд на Десмонда, замечая, как он сверлит глазами своего брата. После этого он смотрит на меня и отдает телефон.
— Разблокируй его.
Я пытаюсь справиться с экраном, и как только загорается разблокированный дисплей, Кэш вырывает у меня мобильный.
— Удали все фото со мной, — командует Десмонд и переключается на меня. — Ты связалась с репортером после того, как сделала снимки?
— Нет. Он дал мне свой почтовый ящик, куда я должна была отправить фото.
— Откуда у репортера доступ к служебному входу? — Десмонд пристально на меня смотрит.
— Не знаю, — бормочу я.
На челюсти Десмонда дергается мускул, когда он молча выбирается из машины.
Обогнав ее со стороны багажника, он открывает дверь заднего сиденья с моей стороны.
— Что ты делаешь? — вскрикиваю я.
Мои глаза расширяются от того, что он хватает меня за руку и одним рывком вытаскивает из салона. Я так и не получаю ответа, глубоко вдыхая запах хвои, асфальта и земли после дождя, витавшего в прохладном воздухе. Ветер колышет пряди моих волос и скользит по моим неприкрытым бедрам. Но я абсолютно не ощущаю холода из-за того, что кровь внутри меня достигает температуры кипения.
Десмонд прижимает меня к машине, упираясь в нее рукой, застывшей над моей головой. Его бедра касаются моих, и я не знаю: делает ли он это нарочно, чтобы вывести меня из равновесия, или нет. Но этого хватает, чтобы жар вспыхнул между моих ног.
Мне нужно оттолкнуть его, но вместо этого я стою, напряженно сминая пальцами край толстовки. Меня ужасно бесит, что я неправильно реагирую на Десмонда. Такого не должно быть.
Особенно после того, какие грубости он мне наговорил.
— Просто ответь на мой гребаный вопрос, Кристиана. Откуда у репортера доступ к служебному входу?
— Я уже отвечала на него, — настойчиво повторяю я. — Я не знаю.
— Я не верю тебе. Я готов поставить деньги, которые ты так любишь, что ты врешь, — Десмонд наклоняет голову.
Его дыхание щекочет мои губы, и меня накрывает волна эмоций. Я не испытывала подобное и не знаю, как с этим справиться.
