Продолжая сжимать шокер в руке, я отстегиваю ремень безопасности и нажимаю на кнопку разблокировки дверей. Раздается щелчок, и я заставляю себя сделать глубокий вдох и затем осторожно перешагнуть порог машины. Холодный воздух мгновенно обрушивается на мои ноги.
Как только чаксы касаются асфальта, Кэш обхватывает мое запястье и вырывает шокер. Он с глухим ударом приземляется на асфальт. Я кричу, но Кэш дергает меня на себя, и моя спина врезается в его грудь. Одной рукой он зажимает мой рот, а другой обвивает талию и сильно сжимает ее.
— Ты все-таки решила выйти, — зловеще шепчет он в ухо. — Не самое умное решение, Жасмин.
Паника охватывает меня, и изо всех сил я пытаюсь вырваться из его хватки. Я извиваюсь и рычу, но сукин сын достаточно крепко держит меня.
— Прекрати тереться об меня, — выдыхает Кэш. — Если только ты не хочешь, чтобы я оказался в тебе этой ночью.
Его слова и последующий глубокий смешок вызывает у меня приступ злости. Я яростно вгрызаюсь зубами в палец Кэша.
— Блять! — он убирает руку с моего рта, чтобы затем сжать мне шею.
— Ты не единственная, кто может кусаться, Жасмин.
— Что вам от меня нужно? — срывающимся голосом спрашиваю я.
— Что нам от тебя нужно? — опасно тихо переспрашивает Десмонд."
"Его спокойствие пугает меня похлеще угроз Кэша. Округлившимися глазами я наблюдаю, как он медленно подходит ко мне. Его черные влажные волосы блестят в свете фар. Похоже он совсем недавно принимал душ.
Десмонд делает несколько шагов навстречу ко мне, и его твердая грудь касается моей.
Сердце бешено колотится, когда он наклоняется, и его губы останавливаются возле моей мочки уха.
— Ты знаешь, зачем мы здесь, Кристиана, — говорит он грубым ленивым голосом. — Не строй из себя дуру.
Его теплое дыхание скользит по моему лицу, и я напряженно сглатываю, пытаясь взять эмоции под контроль.
— Брат, похоже, ей нравится быть, между нами, — позади меня хмыкает Кэш и крепче сжимает мою талию. — Жасмин, ты хочешь нас двоих сразу?
Десмонд не обращает на него внимания и неотрывно наблюдает за мной, словно хочет загипнотизировать.
— Не хочешь извиниться за свой глупый поступок? — спрашивает меня он.
— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — отвечаю я.
— У тебя последний шанс, Кристиана. Если ты хорошо извинишься, то тебе не придется раздвигать ноги для моего брата, — Десмонд отстраняется и отходит от меня, склонив голову набок. — Или ты сама этого хочешь, м?
От вспышки злости мой пульс подскакивает, а перед глазами пляшут черные точки.
