Снял номер и думал, что сейчас будет самый незабываемый секс в моей жизни…
Одним глотком мужчина осушивает стакан и с грохотом роняет его на столешницу.
— Но как только я разделся, в номер ворвался старший брат этой цыпочки! Какой-то уголовник со стволом. Он сфоткал меня и начал угрожать, что эта девчонка не достигла возраста согласия. Пришлось снять с карточки все, что у меня было и отдать ему. Но знаешь, что самое обидное? Я эту девку и пальцем не тронул!"
"Бармен ставит передо мной рокс с выпивкой, но я не прикасаюсь к нему.
Я не двигаюсь с места. Мне словно разорвали глотку, влив туда раскаленный свинец, и теперь он остыл, а я не могу пошевелиться.
Тот, кто собирал обо мне информацию чертовски ошибся в одном охренительно важном пункте. Да, я спаивала туристов. Да, я вела их в отель. Но я не спала с ними!
Голос Кристианы раздается в голове, и у меня пропадает желание напиться. Зато появляется дикий порыв немедленно отправиться в Портсмут и все самому выяснить. Каждую. Гребаную. Деталь.
— Как назывался бар, в котором к вам подсела девушка? — пожалуй, довольно резко спрашиваю я у сидящего рядом со мной мужчины.
— Сладкая вишенка, — немного обескураженно произносит он и затем ухмыляется. — Она тоже тебя развела?
Оставив его без ответа, я пулей вылетаю на улицу.
Глава 26
Кристиана— Чтобы упростить это выражение, следует применить закон Де Моргана, затем закон двойного отрицания. Следовательно, мы получим ответ… — объясняет учительница, а я выпускаю ручку и тру подушечками пальцев виски.
Ничего не понимаю в математическом анализе.
Если передо мной поставят условие: пройтись босиком по осколкам, чтобы вычеркнуть из расписания этот предмет, я без вопросов стяну с себя обувь.
Однако мой куратор миссис Шарклинг не предлагает подобных вариантов. Точнее, она вообще ничего не предлагает. Точнее, ей абсолютно плевать на меня и на мои просьбы.
Сколько бы я не пыталась с ней поговорить и объяснить ситуацию, она раздраженно отмахивается от меня, ссылаясь на чудовищную занятость. Похоже мне не удастся до нее достучаться и придется записаться на ненужные дополнительные занятия, чтобы подтянуть математический анализ.
От этой мысли я протяжно вздыхаю. Только этого мне не хватало.
Внезапно распахивается дверь кабинета, и внутри меня по щелчку все напрягается. Вдруг порог класса сейчас переступит кто-то из братьев Аматорио? Со своими вечными высокомерными ухмылочками, всепозволяющиями уведомлениями о переводе и жестокими шутками.
Я волнуюсь не просто так.
