Лана поняла, какую ошибку совершила уже на следующий день. Пашка забрал заявление, заявил о примирении сторон, и можно было бы вздохнуть свободно, как и сделали Ванины родители, но только не он сам.
– Ты с ним встречалась, – сказал он жене. – Ты клялась мне, что будешь держаться подальше, но соврала.
– Я пыталась с ним поговорить. Объяснить, насколько всё глупо. Вы же друзья…
– Перестань говорить мне о дружбе! Мы с ним не друзья. Он мне не друг, он не хочет им быть. Потому что он хочет мою жену.
– Это его проблемы.
Не мои, и не твои.
– Ты серьёзно хочешь, чтобы я в это поверил?
– Ты о чём?
– О том, что Пашка Вересов никогда ничего не сделает просто так.
Лана нервно сглотнула.
– На что ты намекаешь?
Сизых разглядывал жену со злым прищуром, после чего развёл руками.
– Я не намекаю, я спрашиваю.
– Ты с ума сошёл?
– То есть, ты пол лета шушукалась с ним по всем углам, разъезжала в его машине, а он у нас добренький и всепрощающий?
Лана швырнула в него подушку.
– Не смей мне этого говорить! Я же не спрашиваю тебя, по каким углам и с кем ты треплешься последние недели, что появляешься за полночь и пьяный! Почему я должна входить в твоё положение, понимать, что ты переживаешь и зол, закрывать на всё глаза, а ты будешь меня в измене обвинять?
– Почему он забрал заявление?!
– Потому что я его попросила! – закричала она в ответ.
– Да, да, я попросила! Я сходила и попросила! Потому что я не хочу, чтобы тебя, дурака, посадили!
– Конечно, муж со статьёй в личном деле тебе не нужен! У тебя же планы! На свою жизнь, на мою… На чью ещё? Что ты там напланировала, расскажешь? Или я уже не фигурирую в твоих планах?
Она отвернулась от него и решительно покачала головой.
– Я не буду это слушать.
– Будешь! Если я говорю…
Лана топнула на него ногой, потому что не знала, что ещё сделать. Не с кулаками же бросаться? Или уже можно?
Ваня неожиданно схватил её за руку повыше локтя и попытался встряхнуть. Лана привстала на цыпочки, чтобы не было так больно, попыталась его оттолкнуть от себя.
– Не трогай меня!
– Я просто хочу знать правду, – потребовал он глухим, страшным голосом. – Просто скажи.
– Что сказать? Ты же всё равно не поверишь. Ты уже всё решил, поэтому смотришь на меня бешеными глазами! Отпусти меня, мне больно!"
"Дверь в их комнату открылась, и заглянул Владимир Иванович. Отрывисто, понимая, что ничего хорошего не услышит, спросил:
– Что у вас происходит?
Иван ослабил хватку, и Лана смогла его от себя оттолкнуть.
