— Пришлю к тебе Мию, помнишь ту милую девчушку, которую я буквально зубами вырвала из твоей постели и взяла к себе на воспитание? Очень! Очень талантливая крошка. — Я припомнил, что она брала ее на вечеринку Каритаса, в то время она выглядела очень даже неплохо, не знаю уж насколько она талантлива с точки зрения Геллы, но мне таланты казались очевидны. — Эй. — Гелла ткнула меня кулаком в грудь, затем задумалась. — Заставлю ее постоянно носить маску, хотя, судя по той девке, с которой я тебя застукала в этом сне, внешность для тебя уже не значит абсолютно ничего.
— Мне почему-то было сейчас обидно за Исиду, хотя безусловно тетка была страшна. — Она найдет тебя сама, пароль… Ну допустим «Не Вас ли я видела на вечеринке у Каритаса?».
— Кстати про него. — Будто опомнился я. — Ты рассказала ему про наш план?
— Конечно! — Охотно закивала Гелла. — Он ему не понравился, теперь мы все его ловим, но ты не переживай поймаем обязательно, будь уверен, у меня есть, что предложить старому толстому извращенцу такого… — Я почему-то поморщился, мне совершенно не хотелось думать о том, что моя жена может предложить какому-то там извращенцу.
— Лучше расскажи, как протекает твоя беременность? Наша девочка растет? — Гелла искренне рассмеялась в ответ.
— Еще как. Там! — Она махнула рукой. — На яву, у меня уже такая пузень, что ты вряд ли захотел бы меня. Она уже шевелится. Еще месяц полтора и наша дочь увидит свет. Кстати! — Она строго посмотрела на меня.
— Не вздумай Мие заделать малыша. Может позже я и разрешу ей рожать, но сейчас, пока я сама немного не в форме, я не имею права лишаться помощницы. Так что милый…
— Хорошо, хорошо. Воспользуюсь запасным выходом. — Она хотела было что-то возмущенно мне высказать, но я повалил ее на подушки и навалившись на нее всем телом вдавил в них.
По времени снов мы провели вместе неделю, прекрасную спокойную неделю полную бурного секса веселья и разговоров ни о чем, вот что мне нравилось в ней, это то, что даже когда нам нечего было сказать друг другу, мне было с ней уютно.
Проснулся я отдохнувшим, довольным и в великолепном расположении духа, правда надо признать не своей волей, старик тыкал меня длинной бамбуковой палкой.
— Вставай лентяй, — Грубо и очень громко произнес он. — Пришло время мне тренироваться, а ты будешь грушей для битья. Бери свою дрянную железку и пошли на улицу.
