Я всё так же плетусь за всеми в самом конце. Грею руки в карманах джинсов и спасаюсь от ветра за чёрным капюшоном. Отсчитываю шаги до окончания этого дурацкого дня и мысленно благодарю небеса, что послали мне Лёшу Косолапова как спасение… Если бы не наш здоровяк, ещё неизвестно, что бы сделал со мной Кротов. То, как Данила скрипел зубами, уловив ход моих мыслей, слишком откровенно намекало на то, что я перешла черту.
Впрочем, мне, кажется, понравилось!
Ловлю себя на мысли, что улыбаюсь: недаром месть называют сладкой! Кротов слишком долго вытирал об меня ноги, а потому уничтожить его или хотя бы обмакнуть лицом в вонючую грязь – теперь дело чести, тем более в моих руках шикарный козырь.
– Что значит «закрыто»? У нас там вещи! – Жалобное нытьё Егоровой вырывает меня из мечтаний.
Я и не заметила, как всей гурьбой мы подошли к нашему корпусу, на дверях которого по-прежнему красуется замок.
– Мы замёрзли!
– Да давайте взломаем дверь, к чертям!
– Лёш, тебе бы только всё ломать!
– Тише, ребята! – оживляется Стас.
– Сейчас всё узнаем!
– Да чего тут узнавать! – В нашу компанию незаметно вливаются Егор и Уля, и пока Лихачёв своими заявлениями концентрирует внимание класса на себе, Громова незаметно присоединяется к Маше. – Домик наш более непригоден для жизни: тепла нет, света тоже.
– Это всё из-за Громовой!
– Погоди, но там же наши вещи!
– А Ирина Григорьевна где?
– Может, тогда в автобус, и по домам?
Ребята со всех сторон заваливают Егора вопросами.
Стас суетливо озирается и, кусая губы, соображает, что делать: сегодня многое идёт не по плану, да и чувствуется, парень от нас изрядно устал."
