Поднимаюсь с трухлявого пня, кручу головой по сторонам, но вот незадача: куда идти, не помню.
Lera [06.09 15:05]:Я, кажется, заблудилась.
Lera [06.09 15:10]: А может, это повод всё тебе рассказать?"
"Lera [06.09 15:22]:Я тогда сразу предупредила Клоуна, что целоваться с ним не буду. Да что там – меня коробило от одной только мысли, что моих губ могут коснуться чужие, нелюбимые. Клоун кивнул, а потом попросил соврать… Мы оба понимали, что, скажи я правду, и его засмеют. И я солгала… Не знаю, пожалела ли новенького или так сильно хотела разбудить в Нём ревность, но факт остаётся фактом: мы вышли из чулана, держась за руки.
На губах Клоуна виднелись следы моего нежно-розового блеска для губ, а с моего лица не сходила глупая улыбка. Все поверили, даже Он. В Его глазах было столько боли, что я готова была раскрыть обман. Но Клоун оказался куда проворнее…
Я отключаю телефон – больше ни слова! Всё, что случилось потом – расплата за мою глупость. Верить людям нельзя – никогда, ни при каких обстоятельствах! Этот урок я должна была запомнить навечно, но стоило Егору снова поманить меня за собой, как я бездумно полетела в пропасть.
В лесу темнеет не на шутку быстро. Всего начало четвёртого, но здесь, среди сосен-великанов и раскидистых елей, по-вечернему неуютно, да и, что греха таить, страшно. Каждый шорох, любой треск – наждаком по нервам. Уже не знаю, дрожу ли я от холода или от предчувствия неизбежной беды, но, когда сквозь шумное биение собственного сердца различаю чьи-то шаги и гул голосов, едва не валюсь с пня.
– А что здесь раньше было? – звонким колокольчиком доносится до моих ушей вопрос нашей отличницы Колупаевой. Господи, могла ли я подумать, что так рада буду её услышать?!
– Домик местного сторожа! – не без гордости заявляет Стас, а по мере приближения к избушке добавляет: – Если верить карте, то именно здесь спрятан последний ингредиент.
– Точно, ребят, ищем поваленное дерево или пень!
Пожимаю плечами: что его искать – он прямо подо мной! А потом понимаю, что, найди они этот проклятый пень, и не миновать расспросов и издевок.
А потому вскакиваю как ошпаренная и во все глаза смотрю на трухлявую развалюху. Что должна увидеть, не знаю, но когда замечаю запутанный среди корней кусок полиэтилена, который всё это время я принимала за обыкновенный мусор, со всей дури тяну его на себя, а, обнаружив завёрнутый в нём пузырёк с какой-то фиолетовой жидкостью, выскакиваю к остальным.
– Не это ищете? – Я изворотливо смешиваюсь с толпой.
