И когда имя Рича снова заполняет экран, Зандерс без колебаний отменяет звонок и убирает телефон.
– Раздевайся.
– Что? – потрясенно спрашиваю я, резко поворачивая к нему голову.
– Раздевайся. Хотя бы до нижнего белья.
Я замолкаю, не произнося ни слова, сидя в замешательстве.
– Если ты хочешь сказать, что на тебе сейчас нет трусиков, у нас будет совсем другой разговор, в котором единственными словами будут «хорошая девочка» и «папочка».
У меня вырывается смешок.
– Ты хочешь, чтобы я называла тебя в постели «папочкой»?
– Да.
– А зачем раздеваться до белья?
– Потому что ты собираешься последовать за мной в Атлантический океан.
Он встает с песка позади меня, обходит и поворачивается ко мне лицом. Света не так много, только слабое сияние луны, но этого достаточно, чтобы увидеть, как он снимает рубашку и брюки, прежде чем протянуть ко мне руку.
– Давай, милая. Мы оба знаем, что твое любимое занятие – следовать за мной.
Я игриво закатываю глаза, позволяя ему поднять меня на ноги.
– Я и не думала следовать за тобой.
Я до сих пор убеждена, что у тебя было какое-то устройство слежения за мной, чтобы ты мог появиться, где бы я ни была, и испортить мне вечер.
Моя одежда падает на песок вместе с его одеждой, я остаюсь только в лифчике и трусиках.
Его теплые ладони сжимают мои ягодицы, а затем сдвигаются ниже, приподнимая меня и заставляя обвить ногами его талию.
– Я думаю, Мироздание знало, что нам нужно было сталкиваться друг с другом все это время. Мы оба знаем, что ты была слишком слепа, чтобы заметить потрясающе красивого мужчину перед тобой.
– Он запечатлевает на моих губах поцелуй и несет меня в океан. – И я был слишком слеп и не понимал, что то, в чем я нуждался больше всего в жизни, находилось прямо там, в моем самолете.
– В моем самолете, – поправляю я.
– Извини, не слышу. – Он прижимается губами к моей шее, шагая в удивительно теплый океан.
Когда вода окружает нас, я начинаю чувствовать легкость в его объятиях, плыву, но все еще обвиваюсь вокруг его шеи и талии. Зандерс стоит на мелководье.
Лунный свет играет на поверхности воды, давая мне ровно столько света, чтобы разглядеть красивого мужчину передо мной.
Между нами повисает тишина, но не неловкая. Мирная. Как будто мы оба там, где должны быть, и нет необходимости в словах, чтобы заполнить пустоту или нарушить тишину. Полное удовлетворение.
– Стиви? – шепчет в тишине Зандерс.
– М-м?"
"– Ты – именно та. Ты это знаешь, верно? Ты та, которая была мне нужна больше всего в жизни.
