Но несмотря на гул двигателей самолета и разговоры моих товарищей по команде, которые протискиваются мимо меня, чтобы сесть в самолет, я все равно слышу Рича громко и отчетливо. Этому способствует его повышенный и расстроенный тон.
– Рич, я тебе много раз говорил, чтобы ты перестал заставлять девушек ждать меня под раздевалкой. СМИ получают информацию. Им не нужно больше фотографий с девушками, чтобы улучшить мой имидж.
– В самом деле? Потому что тебя ни с кем не фотографировали с середины ноября, и мне нужно знать, что происходит.
Ты отказываешься покидать арену с кем бы то ни было. Тебя не застукали в городе. Что происходит? Ты должен ввести меня в курс дела.
Ради всего святого. Я хочу, чтобы он отстал от меня. В этом сезоне я впервые осознал, насколько мне не подходит образ «привлекательного плохого парня». И меня ни с кем не фотографировали с середины ноября, потому что именно тогда Стиви прокомментировала это, когда мы ходили с Эллой. После нее я ни с кем не спал, но мне не нравилось, что она думала, будто я спал.
Итак, я решил заявить громко и ясно, что для меня существует только она.
– Ничего не происходит, Рич. Я просто устал от всего этого.
Обходя меня по пути к трапу самолета, Мэддисон хлопает меня по плечу. «Ты в порядке?» – беззвучно произносит он одними губами, поворачиваясь ко мне лицом и продолжая идти к самолету.
Я киваю в знак подтверждения, но с огромным разочарованием закатываю глаза. Мэддисон знает, в чем дело. Он уже несколько недель пытается убедить меня уволить Рича.
Но увольнение агента в течение года после повторного подписания контракта, каким бы разочаровывающим он ни был, является карьерным самоубийством."
"Повернувшись спиной к трапу, я продолжаю расхаживать по взлетно-посадочной полосе, пока моя команда садится в самолет.
– Устал от чего, Зандерс? Устал зарабатывать миллионы долларов в год? Устал от того, что перед тобой лебезят? Устал от того, что женщины вешаются тебе на шею?
– Да, вроде того.
– Что с тобой происходит? Почему именно сейчас? До возможного повторного подписания контракта с единственной командой, за которую ты хочешь играть в НХЛ, осталось шесть месяцев. Хочешь это бросить? Ради бога. «Чикаго» платит тебе те деньги, которые платит, из-за имиджа, который вы с Мэддисоном создаете за столом, помимо хоккея. Но я найду тебе другую команду, которая, вероятно, заплатит намного меньше, если это то, чего ты хочешь добиться.
